Лицо Танора просияло, но после моих слов начало ошарашенно вытягиваться.
— Цена моей поддержки — все ваши корабли вместе с командами.
— Сколько дней уже прошло с момента вашего разговора? — Глеб, как всегда, был собран и лаконичен. В отличие от того же Романа Тарасовича, мой брат руководствовался не эмоциями, а прежде всего — холодным расчетом.
— Десять дней, — ответил я.
— До сих пор не могу поверить, что именно они решились на этот шаг, — произнес брат. — Ты что думаешь?
— А вот я как раз думаю, что только они и могли решиться на это. По крайней мере, только у Стальной Сотни и хватит ресурсов на эту авантюру.
— Согласен, — кивнул брат. — И как прошел разговор?
— Когда Танор покидал нас, он был не в лучшем расположении духа, — ответил я.
— Причина?
— Мое условие, — откинувшись на спинку кресла, ответил я.
Брат улыбнулся из монитора.
— Я весь в предвкушении.
Я улыбнулся ему в ответ.
— Дело в том, что он так часто упоминал в нашем разговоре о флотилии Стальной Сотни и о том, во сколько обошлось ее строительство, что я просто не смог сдержаться.
Глаза Глеба полезли на лоб, но при этом его улыбка стала еще шире. Эмоции брата — редкое зрелище. Тем оно для меня и ценней.
— Ты потребовал у него корабль?
Я хмыкнул.
— Я потребовал у него все их корабли.
Глеб приглушенно крякнул, а потом громко закашлялся.
А я тем временем продолжал:
— Танор, конечно, попытался торговаться, но я был непреклонен. Либо все корабли Стальной Сотни вместе с командами, либо ни о каком союзе между нашими кланами не может быть и речи.
— Ты — псих, — сквозь кашель, выдавил Глеб. М-да, давно таким его не видел. — А еще ты — вымогатель. Ты ведь понимаешь, что это непомерно много?
— Ну, если так посмотреть, содержание семи кораблей обойдется нам в круглую сумму, но дело ведь даже не в самом факте передачи, а в готовности лидеров Стальной Сотни пойти на такой шаг. Ведь если я все-таки получу эти корабли, в чем я, откровенно говоря, не уверен, тогда очень многое изменится. Прежде всего — в наших отношениях. Передача мне флотилии будет знаком того, что лидеры сильнейшего, пока еще светлого клана, связывают свою судьбу с Рыжими Совами и готовы на все ради этого.
— Этого не произойдет, — покачал головой Глеб.
— Ну, как говорится, баба с воза — кобыле легче.
Брат нахмурился.
— Ты пытаешься разорить их? Это такая месть? Я тебя не понимаю.
— Никого я не пытаюсь разорять, — хмыкнул я. — И если бы захотел отомстить, сделал бы это по-другому. И то, что ты меня не понимаешь, это абсолютно нормально. Ты не знаешь многих нюансов.
— Просветишь? — Брат сложил руки на груди и тоже откинулся на спинку.