— Минимальные, — ответил Фома. — Основной удар пришёлся по военным укреплениям и административным зданиям. Ребята Германа получили чёткие инструкции о том, кого трогать нельзя. С другой стороны, часть солдат сбросила доспехи и смешалась с гражданскими, чтобы раствориться в толпе или сбежать из города.
— Ну и пёс с ними, — проворчал я.
Хорошо. Значит, операция проведена с соблюдением хотя бы базовых этических принципов. Ущерб минимизирован, основные активы города сохранены…
Нет, хватит. Хватит мыслить бизнес-категориями, когда речь идёт о человеческих жизнях.
Проблема в том, что я не могу перестать.
Семьдесят пять лет управленческого опыта не стираются из головы за несколько месяцев в новом мире. Мой мозг автоматически анализирует происходящее с точки зрения эффективности, рентабельности, стратегических преимуществ. И с этой точки зрения операция была проведена безупречно.
Торгоград теперь под нашим контролем.
Гильдия Торговцев ликвидирована как организация на системном (магическом) уровне. Основная инфраструктура города сохранена и может быть интегрирована в нашу экономическую систему. Население запугано, но не озлоблено — значит, сопротивления не будет.
Герман получил боевой опыт и повысил боевой дух армии.
Идеальная операция. Почему же тогда…
— Фома, — сказал я, — а что ты думаешь обо всём этом?
Маг пожал плечами.
— Думаю, что в этом мире выживают те, кто умеет принимать жёсткие решения, — сказал он. — А страдают те, кто позволяет другим принимать решения за себя.
Циничная правда. И в то же время — освобождающая. Правление Торгограда само выбрало путь конфронтации. Они могли договориться, могли найти компромисс, могли просто сдаться без боя. Вместо этого они решили использовать мирное население как щит.
В корпоративном мире такая тактика тоже встречается. Когда руководство компании, чувствуя неизбежность поглощения, начинает применять «тактику выжженной земли» — уничтожает активы, распускает персонал, портит репутацию, лишь бы новые хозяева получили как можно меньше. Обычно такие действия только усугубляют ситуацию для всех сторон.
— Думаю, можно с уверенностью сказать, что ты наконец-то победил, — повторил Фома.
Победил. Да. И теперь мне нужно разбираться с последствиями этой победы.
Победа над Торговцами — это было что-то с чем-то. Сюр какой-то. Я, если честно, до последнего не верил. Эти гады отравляли мне жизнь целых два года: лезли в мои скромные торговые планы, задирали, нападали, заставляли меня и бесчисленное множество других Избранников плясать под их дудку. И вот — всё. Конец.