— Ну тогда пойду пообщаюсь, раз уж он пришёл, — сказал я.

Закончив одеваться, я наскоро умылся. Усталость всё ещё сковывала тело, но нужно быть в полной боевой готовности. Эх, чашечку бы кофе сейчас… Крепкого, чёрного, как моя жизнь.

Пошатываясь, я вышел из своей комнаты и направился к северным воротам. Гигантская стена, окружившая Весёлое, изменила само ощущение деревни. Раньше она была открытой всем ветрам, теперь же стала защищённой и безопасной. Тёплой, почти уютной. Чувство надвигающейся опасности, мысль о том, что большая орда может напасть на нас из ниоткуда, исчезло. Теперь наша единственная забота вовремя закрывать деревянные ворота. Со временем мы, конечно, купим железо и сделаем модную железную опускающуюся решётку, которая ещё больше усилит нашу оборону, но это всё потом.

Я поднялся на стену и посмотрел вниз.

Так и есть, Граф Демид Серебрянников собственной персоной стоял в гордом одиночестве рядом с единственным своим спутником белым конём.

Приглашать его внутрь, чтобы он осмотрелся и увидел, что мы пока не вооружены до зубов, у меня не возникло ни малейшего желания. Пусть лучше его воображение само дорисует недостающие детали, например, что тут у нас под каждым кустом запрятано по пулемёту.

Поэтому я не вышел к нему, а поздоровался с безопасного расстяния высокой крепостной стены.

— Приветствую! — крикнул я сверху, глядя на усача.

— Вы это серьёзно? — фыркнул Демид, задрав голову. Его голос сочился плохо скрываемым раздражением. — Не можете поприветствовать меня лицом к лицу? У Вас совсем нет чувства приличия?

— Сложный вопрос. Скорее всего есть, но я им не пользуюсь, — ответил я спокойно. — По крайней мере когда имею дело с людьми, чьё понимание бизнеса включает насилие, угрозы и принуждение. Прям как в наших девяностых, честное слово!

— Да ладно Вам, мы же все здесь друзья, — попытался он смягчить тон, но вышло фальшиво. — Я просто приехал сделать Вам предложение.

— От которого я не смогу отказаться?

— Что?

— Говорю, жгите, предлагайте, чего уж там. Буду рад выслушать, — ответил я, наклоняясь вперёд и опираясь на стену.

Так я недвусмысленно намекал, что чувствую себя в безопасности и нахожусь если не в позиции силы, то по крайней мере лишаю его возможности давить на меня.

Этот факт нагло нарушал привычные представления торговца о том, как должны вестись переговоры.

А если он будет неискренен, есть шанс, что вспыльчивость возьмёт верх, и мне откроется его истинная позиция. Старый приём, но рабочий.

— Это был хитрый ход, — признал Демид, — оплатить штрафы, которые мы на Вас наложили, и втихую строить эту стену. Застали нас врасплох, признаю. Но Вы поставили нас обоих в очень шаткое положение.