Один готов, остались ещё три деревни. Бизнес потихоньку лез в гору.

Следующая точка на моём маршруте, городишко Шилово, много времени не отняла. Едва въехав туда, я сразу заприметил знакомую вывеску. Торговцы и тут успели воткнуть свой филиал, натуральный торговый пост, где местный Избранник мог затариваться их товарами. Увидев эту контору, я тут же отмёл свои первоначальные планы. Меньше всего мне сейчас хотелось, чтобы по южным землям пошёл слух, мол, Алексей Морозов тут шастает, пытаясь обойти наложенные на него санкции. Прямо как в старые добрые девяностые, только масштабы другие, да и санкции посерьёзнее продуктового эмбарго будут.

Конечно, намного обидно вот так облизнуться и проехать мимо, зная, что местная Избранница, некая Миха Шило, буквально купается в золоте, а лишние монеты просто вываливаются у неё из кармана. Но, блин, рисковать и нарываться на неприятности… Нет уж, увольте. Поставить у себя в деревне торговый пост Гильдии все равно как партбилет на стол положить, чёткий знак лояльности. Придется двигать дальше, куда-нибудь поближе к Манску.

Миновав Шилово и продолжая трястись по Еловому тракту, я заметил, что дорога стала заметно лучше. Прямо как у нас, чем ближе к столице, тем ровнее асфальт. Ну, или что тут у них вместо оного? Каменная брусчатка, вполне себе приличная. Я даже слегка отвлёкся, разглядывая это дорожное чудо под копытами Улыбки, и потому не сразу заметил здоровенного бугая, закованного в полный латный доспех, который стоял посреди дороги перед перевёрнутой телегой.

Ну вот, приехали. Разбойники.

С собой у меня не было ничего ценного, ну, кроме личной записной книжки, в коей отражался своеобразный бизнес-план, сварганенный коленке. Сочтут ли они её ценной? Можно ли данный перл загнать на рынке за приличные деньги? Понятия не имею. Скорее всего, для них мои муки творчества просто макулатура.

— Эй, стоять! — рявкнул бандит, вскидывая руку. Голос хриплый, пропитой. — Выкладывай всё, что есть: золото, шмотки, конягу свою! А потом разворачивайся и вали домой, пока цел!

В руке лиходей сжимал довольно устрашающего вида секиру, и по его серьёзному тону стало ясно, шутки кончились. Но я выполнять команду не спешил. Напугал ежа… Ну, ты понял.

— А какое у тебя мнение о Торговцах? — спросил я, завязывая светскую беседу. — Их грабите?

Бандит, калач явно тёртый, с глубоким шрамом через всю губу, едва не рассекавшим её надвое, аж зарычал. Шрам противно дёрнулся.

— Ненавижу их, тварей! Почти также сильно, как болтливых жертв вроде тебя. Делай, что сказано, умник!