— А! Это вы, мастер Шило, — зевнул он и отложил багор. — Просыпайся, бездельник! — крикнул вниз, сонно почесывая пузо. — Куда плывем, мастер?

— Просто плывем. Куда-нибудь отсюда, куда — неважно, — ответил я и обернулся к оставшемуся на набережной Джеку: — Прыгай!

Пратт перебрался к нам, прошелся по лодке, приноравливаясь к легкой качке, и вдруг произнес:

— Насчет Клааса ты, скорее всего, неправ.

— Чего это?

— Существует единый план всех подземных ходов, ливневых канализаций и катакомб.

— И у Пурпурной палаты есть копия? — догадался я.

— Ну, разумеется! — фыркнул Джек. — У Пурпурной палаты, тайной службы, надзорной коллегии и Охранки.

— Занятно…

— Так куда плыть-то, мастер? — Мужичок уже успел умыться и отвязать лодку и теперь стоял на носу с длинным шестом в руках. Его напарник замер у другого борта.

— Тронулись понемногу, — вновь не ответил я ничего конкретного и раскрыл серебряную коробочку, внутри которой лежало отрезанное ухо.

Обычное на вид ухо, слегка ссохшееся и при этом совершенно не тронутое разложением.

Но это не святые мощи, совсем даже наоборот. Плоть бесноватого.

Проведя над ухом ладонью, я ощутил едва уловимое сопротивление скрученной в тончайшую нить Скверны, что протянулась через Бездну в какую-то неведомую даль.

Ставлю на кон последний грош — на другом ее конце окажется логово Марка.

Почему?

Да просто не стоит множить сущности. Если в городе объявился чернокнижник, логично предположить, что за всю начавшуюся с этого момента бесовщину несет ответственность именно он. А кто еще? Подобными трюками славились именно уроженцы Драгарна…

И значит — в путь!

Нить Скверны легонько подрагивала меж пальцев, я время от времени указывал кормчим направление, и по изрезавшим Акраю каналам мы поплыли куда-то на полночь. Лодка уверенно рассекала темную гладь воды, мужички напряженно сопели, а у меня все силы уходили на то, чтобы не пережать путеводную нить, не оборвать ее, не дернуть, выдав тем самым наше приближение.

Пальцы подрагивали, ладонь налилась свинцовой тяжестью, а в голове медленно-медленно вращались неповоротливые из-за накатившей усталости шестерни раздумий.

Если Марк работает на герцога Арно, то неудивительно, что на меня спустили всех собак. Когда советник по особым вопросам его величества приказывает, остальные исполняют. Непонятно другое — почему этому не воспрепятствовал принц Августин?

Меня ведь подрядил на работу его человек!

Или я чего-то не понимаю?

— Себастьян! — осторожно прикоснулся к плечу Хмурый. — Приплыли.

— Еще нет, — отмахнулся я. Давление дрожавшей меж пальцев Скверны заметно усилилось, но логово бесноватого было еще далеко.