Пратт обреченно вздохнул и взглянул на меня как-то очень уж пристально.

— Твой арест будет очень некстати, — многозначительно произнес он.

Я понимающе усмехнулся и убеждать, будто не сдам его с потрохами, когда в ход пойдет раскаленное железо, не стал. Вместо этого похлопал Джека по плечу и со всей возможной уверенностью заявил:

— Не волнуйся, его преосвященство меня не сдаст. Кое-кто важный заинтересован в том, чтобы я покуда оставался на свободе.

— Ты о своем господине с артритом? — встрепенулся Пратт.

— Именно. Нарыл по нему хоть что-нибудь?

— Нет, — разочаровал меня Джек. — Ты не представляешь, какой у нас последнее время творится бардак! Канцелярию канцлера разогнали до последнего человека, набрали непонятный сброд, а кому за их благонадежность отвечать? Пурпурной палате или надзорной коллегии? Хрена, Себастьян! Охранке! А значит — мне.

Я не стал делать вид, будто проникся его заботами, и вместо этого спросил:

— Совсем ничего нет?

— Замечали пару раз подходящего под описание человека, — вздохнул Джек, — и вроде как не сам он по себе был, а с кем-то из свиты принца Августина. То ли новый счетовод, то ли еще какая крыса канцелярская. Расплодилось их свыше всякой меры, зла не хватает!

Я несколько раз кивнул, осмысливая услышанное.

На счетовода мой болезный господин нисколько не походил, эту версию отбрасываем как мертворожденную.

Но тогда кто он? Приближенный самого принца Августина или доверенный человек кого-то из его свиты? И ведь не сам по себе он решил оказать покровительство некоему жулику! Не сам — точно. Но что тогда от меня потребуется взамен?

— Ты чего хотел-то? — спросил Джек и прищелкнул пальцами у меня перед носом. — Себастьян!

Я отмахнулся и молча откинулся на спинку.

— Да пойми, нет у меня времени самому этого типа пасти! — заявил рыжий. — Ты хоть представляешь, сколько работы навалилось? Я не помню уже, когда последний раз хотя бы четыре часа проспать получилось!

— То-то нервный такой, — хмыкнул я.

— Тебя бы на мое место! — разозлился Пратт. — Я же не двужильный! И так зашивался, а еще у его высочества послезавтра юбилей, вся знать в столицу съехалась!

— И герцог Мор тоже?

— Все съехались! Все! — всплеснул Джек руками, и на его пальцах блеснули драгоценные камни многочисленных перстней. — Их апартаменты проверить надо, их самих проверить надо, всю их челядь проверить надо! Да у меня никакой личной жизни уже не осталось!

Я холодно усмехнулся:

— Ждешь, что я тебе посочувствую? Так мне бы твои проблемы, дружище.

— Беса в душу, Себастьян! — выругался Джек. — Беги! Беги, пока не поздно! Понимаешь?