— Эм… — Элайна неуверенно подняла руку и помахала. — Люди, спасибо, что волновались обо мне, но со мной всё в порядке… Просто врач запретил мне выходить из комнаты сначала, а потом только под присмотром… Э-э… — Девочка и сама понимала, что несёт какой-то бред, но она не готовилась произносить какие-то речи перед такой толпой. Потому вообще не представляла, о чём говорить. — Со мной всё хорошо… Честное слово. И да… Я не кричала про гарлов!!!

На миг вокруг воцарилась тишина, а потом раздался смех. Сначала неловкий, но постепенно он нарастал, его подхватили другие люди, и вскоре уже смеялась вся площадь. Рядом тяжело вздохнул капитан Дайрс. Мол, горбатого могила исправит.

А потом уже толпа чуть шагнула вперёд, гвардейцы напряглись, но ничего не произошло, люди замерли. Кто-то что-то говорил. Какая-то женщина вывернулась из толпы и неторопливо подошла ближе. И вдруг поклонилась.

— Спасибо вам, госпожа… Мой сын был на той стене.

Элайна застыла, глядя на женщину. Потом задёргалась, вывернулась из хватки капитана и скользнула на землю. Шагнула вперёд.

— Так это ваш сын и защитил город. Я там только присутствовала.

— И гарлов не ругали, леди? — раздался чей-то весёлый крик-вопрос.

— Я не ругала! Я вообще не помню, что там кричала, — уже тише буркнула она.

Но ответ вызвал новую волну смешков. Потом толпа как-то разом вдруг радостно закричала. Послышались радостные и подбадривающие крики. Иногда доносились обрывки вопросов про здоровье и самочувствие. Кто-то кричал советы по поводу лучшего лечения.

Элайна стояла в толпе и растерянно крутила головой во все стороны, разглядывая людей. Пыталась что-то сказать, раскрывала рот, но тут же снова закрывала. И каждый раз моргала всё чаще и чаще.

Подняла руку, призывая выслушать. Вокруг зашикали. Вскоре все вокруг смотрели на девочку. Элайна огляделась, взобралась на коня.

— Я… — Помолчала, собираясь с мыслями. — Мне очень приятно, что вы все так переживаете… А я… — Девочка вдруг заморгала, попыталась взять себя в руки, но миссия оказалась проваленной. Девочка усиленно затёрла глаза. — Извините… Я… — Тут самообладание окончательно покинуло девочку, и она разревелась. — Я это… — Бормотала она сквозь всхлипы. — Спасибо… Я не ожидала…

Капитан дёрнулся было вперёд, потом глянул на девочку, на людей вокруг, которые, казалось, смотрели скорее с участием на маркизу, чем с недоумением. До капитана же, казалось, только сейчас дошло. Элайна Райгонская могла сколько угодно изображать из себя Элайну Великолепную, которой всё нипочём, взвалив на себя и роль главнокомандующего, и правителя герцогства, и ответственного за поддержку в жителях города веры в победу. И если первые две должности хоть и не совсем были декоративные, хотя реально тут всем заправляли граф Ряжский с капитаном Дайрсом, то вот последнее девочка тащила на себе самостоятельно. Но даже и первым двум ролям она пыталась соответствовать, неся как привилегии за них, так и ответственность. И всё это легло на маленькую девочку, каковой она и была. Другие в её возрасте ещё с куклами играются. Но дошло это до капитана только сейчас, когда девочка просто уже не сдержала своих реальных чувств, увидев, что её труды заметили обычные жители. Заметили и оценили. Она же сама в своё время ему говорила, что главное для людей не деньги, а чувство, что они нужны, что живут не просто так… А он, идиот, забыл, что Элайна всё же маленькая девочка, а не правитель герцогства. Общаясь с ней, как-то быстро забываешь про её возраст. Но ведь он никуда не делся. И признания своих трудов она хотела намного больше, чем кто-либо другой из них.