— Ближе уток не нашлось?

— Знаешь, есть такая категория людей. Им главное — не трофеи, а показать самому себе, что забрал к черту на Кулички.

— Ага, к черту, точно.

— Илья, ты бы осторожней со словесами. Вроде в такой конторе служишь.

— Да я снова запутался, что к чему. У нас что ни день, то свежая сказка!

— Про сказку точно! Передохнем, водички выпьем и вдоль леса пойдем. Где-то тут их следы и оборвались.

К вечеру вокруг стихло. Даже комариный писк пропал. Граница зари полыхала на севере, хрустальный свет белой ночи разливался окрест. Волшебный свет, не дающий тени. В такие моменты начинаешь верить, что где-то рядом находятся те самые двери между Явью и Навью. Илья остановился, впитывая чудесный момент. Он обожал эти недели, когда лето вступает в права, а белые ночи расцветают во всей неизбывной красе.

— Что замер? Пошли, скоро солнце встанет. Нам делов прибавится.

Семенов с недоумением поднес к глазам наручные часы, затем достал смартфон. Сети ожидаемо не было.

— Куда делось два часа?

Вакорин оглянулся:

— Только сейчас досёк? По ходу пьесы пришли мы на место. Ружье заряжай.

Илья невольно сглотнул:

— Спецпатроны?

— Да куда там! Эта дрянь скорее на нас зверье нашлет.

Семенов скинул ружье и полез в подсумок за магазином. Они у них были в отличие от гражданских на двадцать патронов, только для спецбоеприпасов обычный — на восемь. Вакорин также скинул свой штуцер и зарядил оба ствола. В гладкий крупную дробь, в нарезной — пулю с красной окаемкой на гильзе. Перехватив взгляд, оперативник пояснил:

— Чтобы наверняка.

Что и кого было непонятно, а спрашивать Илье отчего-то расхотелось. Больно уж серьезным тоном это подавалось. Обычно ёрничающего оперативника было не узнать. Глаза сузились, лицо закаменело, а походка стала легче, и шаг не слышен. С таким противником Семенов не пожелал бы схлестнуться.

Они за час обошли казавшееся бесконечным болотом. На северо-востоке забрезжила заря, верхушки деревьев окрасились оранжевым светом. Где-то неподалеку закурлыкали журавли, и что-то тяжелое внезапно в ответ ухнуло в лесу.

— Пугает, — обронил идущий впереди Вакорин, затем сверился с картой и повернул на север. Минут через десять они вышли на старые вырубки или бывшее пожарище. Чащоба зарослей из березняка и осины то и дело сменялась прогалинами. Внезапно оперативник резко остановился. Как будто принюхиваясь, присел и напряженно уставился вперед.

— Стоп, приехали! Началось чудо дивное. Ха, сюда бы сей момент московских умников с приборами. Вот бы обрадовались! Но мы им поляну обломаем.

— А что там? — Илья видел впереди невысокие березы и длинную песчаную прогалину между ними.