– А у этой знакомой имя есть? – прищуриваюсь я.
Наталья сбрасывает с ноги туфлю. Пьяно улыбаясь, она просовывает ступню под мою штанину и ведет ею вверх по голени.
Мерзость.
– Есть, но я не хочу сейчас говорить о ней.
Я перевожу взгляд с ноги Натальи на ее зардевшуюся морду, а там сна не видать ни в одном глазу.
Поддатая, но, к большому сожалению, не сонная.
– А о чем же вы хотите поговорить?
– Не уверена, что вообще хочу разговаривать, – она подается ко мне лицом и губы облизывает, ошибочно думая, что это выглядит соблазнительно.
Мой взгляд падает на бутылку с остатками настойки. Я хватаю ее, наполняю бокал, затем подношу к губам Натальи и буквально заливаю в ее рот, до последней капли.
Одна капля все же проскакивает мимо ее рта и скатывается по подбородку.
Да когда же ее вырубит?!
Я снова смотрю на Наталью, стараюсь подавить в себе брезгливость и сделать уже то, без чего мне отсюда, по всей видимости, не уйти.
Коварная, подлая, бессовестная, но все-таки она женщина со стандартным набором функций. А я здоровый мужчина со стандартным набором желаний.
Недолго думая, я завожу руку за затылок Натальи. Лицо ее к себе притягиваю с силой и слизываю эту каплю с подбородка, пока она не скатилась ниже.
Слух тотчас улавливает судорожный стон, сорвавшийся с губ коварной.
– Я знаю парочку способов общения, где разговоры излишни, – угрожающе шепчу, сжав ее волосы в кулаке.
– А как же ваша рана? Она вас не беспокоит больше? – спрашивает Наталья с придыханием.
Я бровью веду и растягиваю губы в саркастической усмешке.
– Меня беспокоит только одно.
Наталья часто моргает, взгляд сползает на мой напряженный рот.
– Что же?
– Что долго я не смогу удерживать себя в руках.
Момент – и она набрасывается на меня. С жадностью, с рыком, как львица на бизона. Смело берет на таран. В рот врывается. Слюнявит меня всего, а потом запрыгивает верхом.
– Возьмите меня, Назар. Прямо здесь, – требует она, извиваясь на мне, точно змея.
М-да… Напросился на продолжение на свою голову.
По моим подсчетам снотворное уже давно должно было подействовать. Алкоголь должен был усилить его эффект.
Должен был, но почему-то я до сих пор нахожусь в невыгодном положении. Мое положение буквально подмято тяжеленными амбициями неудовлетворенной женщины, которая хочет только одного – разорвать меня на куски.
Значит, остается лишь подыгрывать ей. Исполнить все ее прихоти и капризы.
Надеюсь, после того, как я изрядно вымотаю эту лживую дрянь и выжму из нее все соки, она вырубится беспробудным сном.
Только так я смогу осуществить свой план.
Другого выхода у меня нет.