А мне и подавно.
Это – как раз то, о чем я мечтал – семья.
Света
– Ты готова? – не то с тревогой, не то с волнительным предвкушением спрашивает Назар, дотронувшись до моей руки.
Это прикосновение, как удар током. Я вздрагиваю от него, выныривая из глубин своих мыслей, где царили покой и свет. Там нас было четверо, и мы были счастливы как никогда.
Я перевожу взгляд с переулка на мужчину, который за столь короткое время стал для меня не просто надежной защитой и опорой, но и моей отдушиной, спасительным лучом в кромешной тьме. Без него я уже не смогу…
– Да, давай не будем тянуть, – отвечаю я севшим от волнения голосом, разглядывая обветшалый дом, у которого мы остановились.
После допроса Натальи мы вернулись домой, где нас уже ждал Федор. Он сам предложил помощь, ведь оставлять няню Лизу с сыном надолго мы не решались. Назар поручил другу присматривать и за молодой женщиной, и за Назаром-младшим, и в случае чего немедленно звонить нам. А затем мы вылетели в Псков. Там пересели на арендованную машину и уже через час заезжали в Дно.
И вот мы стоим перед тем самым домом, чей адрес назвала Наталья.
Я уверена, что она не обманула нас, ведь этот адрес был мне знаком. В детстве мама раз в месяц отправляла сюда письма. Тогда она еще поддерживала связь со своей сестрой, и эта переписка была их неизменным ритуалом.
Но вот то, что в этом доме мы найдем Никиту… Тут уже уверенности никакой нет..
Нет, я верю. Хочу верить всей душой, но огромная тень сомнений ложится на мою веру и накрывает ее колпаком опасений.
Стоило нам оказаться напротив этого дома, как недоброе предчувствие поселилось где-то между ребер, не давая дышать. Мне страшно. Губы искусаны до крови, а нервы истрепались, превратившись в прогнившие веревки.
Выйдя из машины, мы рука об руку подходим к покосившемуся деревянному забору.
На первый взгляд, постройка кажется заброшенной. Прохудившаяся крыша лишь подтверждает это, но ведь известно, что и в таких условиях люди выживают.
Назар останавливается у калитки и оглядывается на меня. В отличие от меня, он выглядит невозмутимо. Но я знаю, что он переживает ничуть не меньше меня. Его тоже мучают опасения, но он умеет держать все в себе, а я этим похвастаться не могу.
Он кивает мне, показывая полную готовность, открывает калитку и ведет меня за собой.
Во дворе царит полнейший хаос. Все вокруг завалено мусором и кусками шифера. Участок давно зарос сорняком, окна в доме кое-где выбиты. Но ни коляски, ни детских игрушек, ни единого намека на присутствие ребенка… Ничего этого нет…
Я крепко сжимаю руку Назара. По мере приближения к дому мое сердечко стучит все быстрее. Ладони потеют и ноги слабеют.