Дверь закрывается.
Сижу на кровати, обхватив колени руками. Сердце стучит так громко, что кажется, слышно во всём доме.
"Это опасно, - думаю я. - Это совершенно, абсолютно опасно".
Но не могу перестать думать о его словах. О том, как он смотрел. О том, что происходит между нами.
Ложусь, закрываю глаза.
Но сон не идёт.
Потому что всё внутри кричит - что-то начинается. Что-то большое. Что-то, что изменит всё.
И я не знаю, готова ли я к этому.
Мне снится его торс, мокрый от пота после утренней пробежки. Сады. Персик, сок которого тёк по подбородку, а он смотрел, как я ем. Родник. Как пила с его ладоней. Его слова о любви, о традициях. Слова о женщине с огнём внутри.
Просыпаюсь вся мокрая и взволнованная.
Он говорил обо мне?
Нет. Не может быть. Мы знакомы два дня...
Но почему тогда сердце колотится так, будто я пробежала марафон? Почему каждая клетка тела откликается на его присутствие? Почему, когда он рядом, воздух становится гуще, мир ярче, а я сама чувствую себя... живой?
И немного сумасшедшей, кстати.
Оглядываю комнату. Свет так и горит, я его не выключала.
Который час?
Тянусь к телефону на тумбе. Уже два.
Переворачиваюсь на спину, смотрю в потолок. Такое чувство, что больше не усну.
"Это командировка, - напоминаю я себе в сотый раз. - Завтра обсудим контракт, подпишем бумаги, и я улечу в Москву. Всё вернётся на круги своя. Это просто... интермедия. Перерыв от реальности".
Встаю, босиком иду к окну. Открываю его, и прохладный ночной воздух врывается в комнату - свежий, пахнущий хвоей и какими-то ночными цветами. Опираюсь руками о подоконник, смотрю на звёзды.
Их так много. Миллионы. Млечный путь тянется через небо белесой дорогой, такой яркой, что можно читать при её свете. В Москве я забыла, что небо может быть таким.
Внизу скрипит дверь. Слышу шаги - тяжёлые, мужские. Кто-то вышел из дома.
Всматриваюсь в темноту. Фигура движется по двору, направляется к сараю. Узнаю силуэт широкие плечи, высокий рост, эта походка.
Тамерлан.
Он тоже не спит.
Наблюдаю, как он открывает дверь сарая, исчезает внутри. Через минуту оттуда льётся свет тусклый, жёлтый. Слышу звуки - что-то скрипит, лязгает.
Что он там делает в два ночи?
Любопытство пересиливает благоразумие. Натягиваю длинный кардиган и выхожу из комнаты.
Спускаюсь по лестнице, стараясь не скрипеть. Дом спит, только слышно тиканье часов в гостиной.
Выскальзываю на улицу, закрываю дверь за собой.
Ночной воздух холодный. Босые ноги ступают по каменной дорожке, и я морщусь - камни неровные, острые местами. Но иду дальше, к сараю, из которого льётся свет.