— Встал! — десятник рванул меня за шкирку, словно котёнка, потом так же отбросил в руки своим подчинённым, — Отведи его в лагерь, к остальному улову!
— Так он чего, наш, что ли? — спросил один из зверей.
— Эй, так он мне жизнь спас! — послышался голос, и я узнал в хромающем воине того счастливчика, с которым мы вместе так славно поорали, — Давай я его отведу, мастер Яков.
— Ой, да делай с ним чего хочешь, Бурун, — тот отмахнулся.
— Идём же, брат первушник!
Глава 3 Звериные законы
Зверь, схватив меня за плечо, потащил через деревню к одному из проломов. Я особо не сопротивлялся, помня про то, что играю роль измученного первушника, чудом выжившего в страшной битве.
— А ты чего ж ободок-то снял? — взволнованно спросил Бурун, торопливо ковыляя. Я уже подсмотрел, что он всего лишь второй ступени, но зверь этого даже не заметил.
В другой руке он держал топор у самого лезвия, то и дело потрясая им и жестикулируя при каждом своём слове.
— Я же видел, ты в кольчуге был! В нашей, в звериной! — он хлопнул себя по груди.
— Не был, господин зверь, побойтесь Неба! — я покачал головой, делая испуганное лицо, — Что вы, мастер, не был!
— Значит,видение было? Не иначе сам Эзекаил следил за этой битвой, по-другому и быть не могло!
— Слава нашему богу! — вырвалось у меня.
— Слава! Слава Эзекаилу! — Бурун замер как раз у пролома в частоколе, вскидывая топор. Я видел, как чья-то огненная магия спокойно прожгла брёвна полуметрового диаметра, и понимал, что попади один такой залп в меня — и меня бы уже не было.
— В горячке боя чего не покажется, да? Но ты ведь спас мне жизнь, первуха! — он аж в сердцах тряхнул меня за плечо, — Я это точно знаю, я видел! Это судьба!
Я уже приметил в характере этого фанатика слабые точки, и поэтому уверенно кивнул:
— Мастер, я просто увидел, что ваша жизнь в опасности. И хоть я знал, что вы могучий зверь, и сами справитесь, но очень захотел помочь. Поэтому вознёс молитву к небесам, к нашему единственно истинному богу… — я вскинул руки к небу, но намеренно не называл имени «нашего бога», понимая, что такая могучая мера, как Эзекаил, вполне может и почувствовать это. А мне лишнее его внимание было ни к чему, и так чудом его метку снял. Да и вообще, Эзекаила я владыкой Ордена всё равно не считал…
— Да! Да! — Бурун тоже вскинул взор к небесам, — Ты помолился, и бог Эзекаил помог тебе? Я же видел твой удар! Не каждый зверь это умеет, а ведь ты первушник!
— Я не знаю, что я сделал, мастер зверь, — со вздохом молвил я, — Даже не помню.
— Это очень, очень похоже на небесное знамение! — Бурун снова схватил меня и потащил за собой.