Один чижик всплыл на стройке ГЭС, проработав три месяца разнорабочим и изнутри узнав все явные и тайные схемы движения материальных и людских ресурсов. В результате на стройке поменялось все руководство, причем таким образом, что энергообъект построили с опережением графика и экономией значительной суммы денежных средств.

Другой сотрудник инспекции полгода преподавал в ведущем госуниверситете, после чего масштабной реконструкции подверглась вся система министерства образования.

Третий… Да долго можно рассказывать, в каких интересных местах и при каких обстоятельствах всплывали чижики. Объединяло все эти случаи то, что всплытия обязательно заканчивались реорганизацией вроде как привычных процессов. И всегда информация собиралась чижиками лично, которые будучи крайне разносторонними людьми, легко мимикрировали под обстановку. Если надо — становились строителями, если требовали обстоятельства — врачами. У чижиков оказались безграничные полномочия, неоказание им помощи приравнивалось к государственной измене.

Их боготворило общество, и ненавидели все любители половить рыбку в мутной воде. Но они были! Из какого инкубатора набрал таких людей Президент, оставалось тайной, покрытой мраком. Естественно, что путь к счастью усыпан не розами, а гнутыми гвоздями, поэтому иногда на чижиков совершали нападения, и понимая, что договориться не получится, просто убивали.

Таких случаев людская молва помнила только два. И оба раза чижики объединялись с Системой для жестокой мести. Настолько кровавой и беспощадной, что некоторые правозащитники получали оргазм только в предвкушении размеров волны, которую можно поднять в информационном пространстве. Впрочем, эти же деятели потом жестоко обиделись, осознав, что Президент не собирается сдавать на растерзание своих людей, а общественное мнение целиком и полностью на их стороне.

— «Полицейское государство!» — раздавались крики откуда-то из-за бугра.

— «Пошли в…» — отвечало несчастное общество, осознавшее, что жить становится все лучше.

А чижики просто молчали, продолжая засовывать свой нос во все новые и новые темные закоулки.

И вот теперь такой практически супергерой стоял передо мной. Была еще одна особенность. Чижиков практически никто не знал в лицо. Ходили слухи, что после каждой операции на благо общества им делали пластику, чтобы никто не мог опознать этих людей. Они были невидимками, и это делало их работу еще эффективнее.

— Знаешь, Володя, — медленно сказал я, глядя в глаза человека, открывшегося мне с абсолютно новой стороны. — Я, наверное, завтра уволюсь. У меня слабое сердце для таких потрясений. Вот только чижиков мне до сих пор и не хватало.