Теперь, что касаемо выделения вам отдельного участка для нефтедобычи. Есть участок с высокой глубиной залегания рядом с Уфой, около деревни Ишимбай. Там есть проявление нефти, но на самом деле она находится глубоко. Глубина её залегания шестьсот восемьдесят метров, но главным достоинством является то, что она там находится под большим давлением, и в случае бурения скважины выход нефти составит более десяти тонн в сутки. Но, конечно же, в случае успешного бурения, вы пробурите не менее десятка таких скважин, доведя добычу до двух-трёх миллионов тонн в год. Понимая, что на такие глубины никто не бурит, мы готовы взять на себя техническую сторону проекта. У нас есть технологии, позволяющие достичь залежей в недрах. В случае провала мы даже готовы возместить половину расходов из своего кармана, но то, что там нефть есть, это точно. Это перечень того, что мы хотим предложить в первую очередь.

Но если смотреть на перспективу, то я хотел бы предложить в будущем создать нефтяной картель, который будет регулировать добычу и продажу нефти. Ведь при увеличении предложения на рынке нам с вами придётся снижать стоимость нефти, чтобы уменьшить её добычу, но в этом случае произойдёт падение прибыли, а мы можем регулировать этот вопрос совместно. Таким образом, сохраняя прибыль на достаточно высоком уровне. А прибыль можно вкладывать в увеличение потребления нефти и нефтепродуктов.

Ещё немаловажный момент, о котором я хочу вас предупредить. В скором времени в нашей стране будет ограничен экспорт сырой нефти, экспортировать можно будет только переработанную нефть, поэтому вкладываться придётся ещё и в нефтепереработку, но я уверен, что для вас это не такая уж и серьёзная проблема. Сейчас у нас начинается реформа образования, и постепенно уровень грамотности в стране значительно вырастет, а значит, нанять грамотного специалиста будет не проблематично, — рассказал я о наших планах, при этом мой отец сидел в задумчивости, не перебивая меня.

— Ваше Высочество, мы очень рады, что вы уделяете время для нас, но по просьбе своих руководителей я хочу поинтересоваться, как у вас обстоят дела с Рокфеллерами и какие перспективы у нашей компании, если мы хотим занять ведущую роль в нефтяной отрасли? — спросил он у меня.

— Всё дело в том, господин Смит, что для успешного развития промышленности в любой стране необходима здоровая конкуренция. Поэтому ни одна из фирм в любой из отраслей не должна иметь преимущество на рынке более чем в пятьдесят процентов. Да и пятьдесят, если честно, много. Оптимальный вариант — это тридцать — тридцать пять процентов. Сейчас в вашей стране таких правил и законов ещё нет, но пройдет десяток лет, и когда вы займёте лидирующее положение внутри страны, вас заставят раздробить свою компанию. Так как монополия очень сильно мешает техническому прогрессу. Поэтому я и предлагаю создать картель, который позволит нам обмениваться сферами влияния. Вы ведёте добычу у нас в одном из регионов, мы у вас — в одном из регионов. Ну и можно будет взять ещё несколько младших членов в наш картель. Ни один закон в вашем государстве не сможет заставить разделить ваши зарубежные активы. Поверьте, я знаю, о чём говорю. Ваше руководство сейчас стремиться получить монопольное положение в своей стране, но это тупиковый путь развития компании. Итог этого будет закономерен. Вас заставят раздробить компанию и продать её, оставив вам малую часть. Зачем стремиться в гору, чтобы упасть с обрыва. Я же предлагаю вам распределить доходы не только в одной отрасли, но и в смежных отраслях. Вы пытаетесь договориться с Рокфеллерами о разделение рынка нефтехимии, но вам в любом случае потребуется третий участник, чтобы разбирать ваши споры и разногласия, так как вы в принципе никогда не договоритесь, а если это и будет оформлено на бумаге, то на бумаге и останется. Почему я предлагаю это именно вам, спросите вы. Всё дело в том, что в нашей стране император является единственной властью, и договорившись с императором, а тем более, ещё и с будущим наследником, вы обретаете реальные гарантии исполнения договорённостей. В вашей стране вам приходится постоянно лоббировать свои интересы среди политиков, иногда подкупая обоих кандидатов для уверенности в правильной политической воле. И всё равно, это не даёт таких гарантий, которые можем дать мы. Поэтому я прошу развёрнуто донести нашу мысль до своего руководства, — сказал я, завершая разговор.