Люк открылся. Владимир запустил туда партию дронов. Визуальную картинку они не давали, просто рисовали карту. По их данным нас ждала винтовая лестница сильно вглубь. Оканчивалась она большой пещерой, а может и не было там тупика, просто что-то уничтожило дроны.

Едва ступив на первые ступеньки, ведущие вниз в проклятое ничто, я ощутил, как устал за этот безумный день. Только сейчас я прочувствовал, что лишился помощи бесценного ликвора. Появилась жалкая мыслишка, закидать чертов подвал гранатами. Но где-то там оставался единственный член команды, который не навязался в эту экспедицию, а был призван мной лично. Я не мог бросить Сашку, также как не мог убить его вместе с остальными. Я дал слово, что мы вернемся все.

Кто-то похлопал меня по плечу. Я обернулся, Наталья протягивала мне батончик и бутылку воды. Дежавю, я только что подкормил так же освобожденную узницу. Шоколад прекрасно заменил стимулятор. Ноги и руки больше не тряслись, я сжал покрепче своего проверенного многочисленными боями Миротворца и начал спускаться по лестнице.

Это был узкий спиральный коридор чуть больше метра в ширину с одинаковыми каменными стенами, потолком и ступенями. Я так и не понял, что его освещало, источника я не нашел, но в проходе царила не тьма, а вечные сумерки.

Через неприятное множество ступенек мы добрались до первой площадки. Дроны перед смертью показали нам, что она — первая из пяти. Мы остановились перевести дух. Ирина нашла у стены использованный шприц, на стенках которого виднелись потеки зеленой маслянистой жидкости. Орлова мне протянула эту мерзость с ужасом, который меня удивил.

— Что это? — спросил я как можно более легким тоном.

— Стимулятор! — ответила Ирина дрожащим голосом.

— И что он делает? — спросил я, изображая ангельское терпение, которого на самом деле не испытывал.

— Усиливает Голос. Свешников нас предупреждал об этой дряни.

— Я думал, вы не используете ликвор и прочую «магию».

— Мы и не используем. Эта дрянь влияет на связки, на резонаторы, как у певцов, короче все звуковые эффекты Голоса работают сильнее.

— А есть какие-то другие? — зачем-то уточнил я.

— Конечно, — лекция пошла Ирине на пользу, она слегка успокоилась, — жесты, позы, мимика. По идее даже слова не нужны, можно всякую белиберду нести, а жертва останется в твоей власти. Это высший пилотаж, использовать Голос молча. Наш орден потому и называется «Молчание». Только сложные команды не дашь, конечно, но и это не точно.

— Так, вернемся к нашему барану. Если Крамер вколол себе эту дрянь, что он сможет такого, чего не мог ранее?