Ещё страннее — в тёмных гоглах я гораздо ярче видел чёрную панель навигатора и знаки на ней.

— Это — маячок у моей башни, — ткнул пальцем в экран. — Видите его тут?

— Нет, — ответил Иван.

— Да, кажется, — неуверенно ответил Артём, — теперь, когда ты показал. Но так… Тускло.

— Посмотри через очки, — я протянул ему гоглы.

— Да, так совсем чётко. А что это рядом? Смотри, значок накладывается… Как будто первоклассник член на заборе нарисовал.

— Думаю, это моя башня. Маячок же должен быть рядом.

— А если вот так… — Артём потыкал пальцами в панель. Без очков я не видел, что он там делает. — Тут можно, оказывается, подсветить точку. Как бы внести в «избранное». А ещё…

Он подвигал пальцем, и визир гирокомпаса вдруг, коротко прожужжав, сам собой повернулся.

— Эй, ты что сделал? — забеспокоился я.

— Кажется, задал направление. Интересно, а автопилот тут есть?

— Верни, как было!

— Э… Я не знаю, как. Я же твою цель не вижу. Сам переставь.

Я надел гоглы и снова сосредоточился на направлении. С удивлением понял, что могу обозначить нужную точку на навигаторе. Просто вижу, где она должна быть. Прижал палец к его панели и, не нажимая, внутренним усилием желания обозначил её там.

Прожужжал гирокомпас, визир сдвинулся. На экране теперь было две светящихся точки — башня и местоположение моей жены. Можно прикинуть взаимное расположение. Если считать, что точка нахождения дирижабля — маркер посередине нижней части панели, то получается неровный вытянутый треугольник. До жены почти в два раза дальше, а башню мы оставляем немного в стороне. Условно «слева».

— Уходим в зигзаг? — нервно спросил капитан. — Энергия утекает, как будто в танке дыра.

— Есть зигзаг! — ответил Артём и выключил резонаторы.

Дирижабль возник над морем. Или море возникло под нами. Солнечное, гладкое, просто какое-то курортное море. Искупаться бы сейчас… Вдали темнеет гористый берег, метрах в двухстах застыл на зеркальной глади воды небольшой рыбацкий кораблик. Команда бросила тянуть сеть и вылупилась на нас, показывая пальцами и обильно жестикулируя. Я б тоже удивился, возникни надо мной внезапно этакая дурища.

Рыбаки не проявили агрессивности, а мы — интереса. Добавили высоты, чтобы ни у кого не возникло дурных мыслей, и пошли над морем по визиру гирокомпаса. Компа́са.

— Как понять, что пора выходить из зигзага? — спросил я.

— Не знаю, — ответил Артём, глядя на панель через гоглы, — на машине как-то это проще воспринималось. Пошла дорога в сторону — пора уходить. А тут вообще никакой дороги нет…

— Есть, — сказал Иван, — смотрите вниз.