— Ну, я не знаю, — засомневался Иван, — самая короткая дорога — известная.

— Там тоже не факт, что удачно повернётся, фукинг буллшит, — не поддержал его я, — опять же, время дорого.

— Ладно, давайте срежем угол, — неохотно согласился капитан.

Ему понравилось на кораблике кататься. Но ему-то что, у него семья в безопасности, а меня идея добраться за несколько часов вместо нескольких дней очень привлекает.

— Двадцать две минуты, репер зелёный, — доложил Артём.

Миленько. Беседочка такая вокруг репера, лавочки. Сапоги мыть не предлагают, но и так недурно. Сад вокруг, немного запущенный, но симпатичный. Видны остатки побеждённого природой ландшафтного дизайна — стриженные под лошадок и слоников кусты разрослись в поражённых причудливыми опухолями зелёных мутантов. Дорожки, бордюрчики, мраморная жопа бабы… с чем-то. Может быть, с веслом. Отсюда не видно. Парк культуры и отдыха трудящихся. Или закрытый личный сад нетрудящихся. В любом случае, садовники сюда давненько не заходили.

— Четырнадцать минут, репер зелёный.

— Ух ты, красота какая! — воскликнул Иван.

Вид действительно роскошный. Репер стоит на обзорной площадке в горах, открывая подсвеченный утренним солнцем слегка туманный пейзаж. Горы, горы, зелёная долина. Встающее солнце красит розовым белостенный город вдали, превращая его в марципановый торт. Город далеко, подробностей не разглядеть, но это, наверное, и к лучшему. Можно думать, что тут так же благополучно, как и красиво. Хотя, конечно, вряд ли.

— Транзит, шесть километров, зелёный.

— Всего шесть? — обрадовался я, — роскошно. Полтора часа, и мы на месте.

— Да, дальше два простых и всё, — подтвердил Артём.

Входной репер в каком-то бункере без окон. Зажгли фонари. Железная дверь с рычагами, бетонные крашеные масляной краской стены, лампы есть, но не горят. Унылый интерьер, но нам тут не жить.

За дверью такой же коридор, прямо напротив на стене краской через трафарет стрелка и надпись по-русски: «Выход». Ещё одна дверь, лестница наверх. Коридор со стальными дверями и в конце — всем дверям дверь. Гермоворота с мощными винтовыми приводами.

— Убежище какое-то или КП, — сказал Иван. — Душновато тут, вентиляция не работает.

— Где крутить, чтобы открылось?

Нужные штурвалы заботливо отмечены стрелками и надписями «Открывать сюда». Крутить их пришлось долго, многооборотные приводы медленно сдвигали тяжелые ворота, которые оказались толщиной чуть ли ни полметра. С другой стороны плавный подъём наверх и надпись: «Выходя из транзитного бункера, задрай гермодверь! Позаботься о тех, кто пойдёт за тобой!».