— Мда, — прокомментировала наши застывшие на этой игре ягодицами взгляды капитанская жена, — может вы, не знаю, машину, проверите?

— Кхм, — смущённо отвернулся Иван, — и правда, Зелёный, покажи мне, что там к чему. Может пригодиться.

Показал ему устройство паровика, объяснил управление. Схватывает на лету, видна привычка к работе с техникой. Даже указал мне на то, что я упустил из виду — отопление пассажирского салона. Я как-то и не обратил внимания на этот вентиль, отбирающий часть горячей обратки от конденсора в радиатор встроенной печки. Я вообще на салон не очень смотрел, времени в обрез было. А знать бы раньше — на прошлом зигзаге не так бы мёрзли. Там мы три часа тащились малым ходом по сугробам, угадывая дорогу по снежным холмикам заметенного ограждения. Нам с Артёмом это один черт бы не помогло, но хоть остальные в тепле бы сидели. А нормальный вообще мужик, Иван этот, соображает.

Очень кратко пояснил ему свой интерес — семья, заложники, альтери, башня, Вещество.

— Не повезло, — покивал сочувственно Иван, — хотя как поглядеть. Может, ещё и обойдётся. А насчёт Вещества — в ближайшее время не жди. Ты знаешь, как его производят?

— Скорее догадываюсь.

— Ну, подробности тебе ни к чему, но исходный материал — не такая уж большая тайна. Это ихор — телесная жидкость мантисов, которые сами хрен пойми что. Не то существа, не то физические явления, сопровождающие захват фрагмента рекурсором. Поэтому никто кроме Коммуны его и не производит, рекурсор только у нас… Точнее — у них. Уникальный штучный артефакт. Но есть нюанс — после присоединений фрагмента Коммуна на какое-то время открыта для прохода через кросс-локусы. Потом фрагмент как бы «прирастает», физика стыкуется, и эффект пропадает, но этого времени достаточно для атаки подготовленного противника. Раньше такого противника не было, теперь есть. Вторжение через реперы предотвратить относительно легко, это известные точки. А кросс-локус опытный проводник чуть ли ни в любой сарай откроет, можно большие силы перебросить. Изнутри Коммуна практически беззащитна. Поэтому все работы с рекурсором запрещены, Вещество не производится, запасы строго контролируются. Нечем тебе выкуп заплатить.

— Да я и не особо рассчитывал, если честно. Что про дирижабль скажешь?

— Я его пока не видел. Но с высокой вероятностью пойму, в чём засада. Силовые машины в нашем «цеху номер один» производства Первой Коммуны, принцип тот же. Но пока не посмотрю — обнадёживать не буду. Плохая примета.

Следующий зигзаг — и мы посреди колонны беженцев, бредущих по разбитой осенней дороге. А я так надеялся, что в этот раз обойдётся без аборигенов…