Зато новые «брауншвейги» почти на равных дрались с «формидейблами», хотя те имели двенадцатидюймовые орудия против 283 мм, с их 240 кг снарядами, что легче в полтора раза. Зато на германских броненосцах имелось по семь 17 см пушек среднего калибра, чьи снаряды в полтора раза тяжелее британских 152 мм, которых имелось на борт по полудюжине. Так что в весе бортового залпа у «англичан» только небольшое преимущество — чуть больше семнадцати против четырнадцати центнеров на германских броненосцах. А потому сражение шло яростное, на равных, и концевой британский броненосец, по которому стреляли сразу два «тевтона» был уже изрядно побитым — шестеро против пяти давало «лишний» корабль в линии.
— «Фюрст Бисмарк» обречен, экселенц! Выкатился из строя!
Принц Генрих тут же отошел в противоположную сторону броневой рубки, посмотрел в бинокль — не на жизнь, а на смерть сцепились броненосные крейсера. Поставленный концевым первый германский гросс-крейсер горел, скорость и так небыстрого корабля значительно упала, и что скверно — корабль горел. «Фюрст Бисмарк» был тем самым первым «блином», про который русские говорят, что испечь его можно комом. Больше всех по водоизмещению, не уступающему «кайзерам», он имел точно такие же устаревшие 24 см пушки, с одним выстрелом за пару минут. Хотели построить океанский крейсер по типу русских «пересветов», вот только скорость оказалась такой же, дальность плавания вышла меньшей — крейсерские качества никудышные. И для эскадренного боя совершенно не годился — малая площадь бронирования. Потому и поставили его в отряд крейсеров концевым, чтобы хоть как-то сберечь от повреждений более новые броненосные крейсера. Да и надежда была, что четверо смогут отбиться от пяти, все же внушительный бортовой залп главного калибра из шести 24 см и двенадцати 21 см против четырнадцати 234 мм пушек. Однако британские крейсера серьезно сблизились, и на германские крейсера обрушился град шестидюймовых снарядов из трех десятков стволов, на которые немцы могли отвечать из 16 150 мм орудий — вдвое меньшего количества.
— Майн готт…
Принц Генрих окаменел от ужасающего зрелища, вспомнив описание одного боя. Огромный крейсер, с пылающим костром в средней части, выкатился из строя с сильным креном и дифферентом на нос, и словно как уставший человек, упавший на траву, прилег бортом на морские волны…
Так погибали германские гросс-крейсера…
— Вот что значит две недели прошло, едва успел до Маньчжурии добраться, а события вскачь понеслись, как лошади на ипподроме. Иного для Британской империи не оставалось — ведь посягнули на ее мировое господство. Мы не ошиблись в адмирале Фишере — боевитый старик, все же решился на большую войну. Что ж — вполне разумное решение, разбить противников по частям, пока те не объединили усилия.