— Итак, я слушаю, — устроившись рядом со своим оппонентом, Шереметев посмотрел на него, пытаясь уловить хоть какие-нибудь эмоции на лице Никиты, но полумрак салона скрадывал любую мимику. — О чём ты хотел со мной поговорить? У меня было много к тебе претензий, но к чёрту, я уже давно их выбросил на помойку.

— Я по поводу Гринцевича, — спокойно ответил волхв. — Не буду спрашивать, знаешь ли ты такого человека. Знаешь. И вероятно, уже сталкивался с ним и его учениками.

— Хм, а тебе-то чем не угодил Броня? — удивленно спросил Велимир. — Или он уже и до Вологды добрался?

— Косвенно, — напустил туману Никита, но тут же развеял его. — В Вологде мои люди схватили курьера, распространяющего фармагики. Пришлось слегка надавить на него, и он раскрыл некоторые подробности участия некоего господина Гринцевича по кличке Гангстер в неблаговидном деле.

— Броня занимается «радугой»? — рассмеялся Шереметев. — Ни за что не поверю! Он говнюк, бесспорно, и свои делишки проворачивает умело, да так, что сам губернатор восторгается им. Но фармагики…

— Я и не говорил, что он распространяет их, — голос Никиты никак не изменился. — Есть серьёзные подозрения, что в Симбирске организован перевалочный пункт, и к Гринцевичу постоянно наведываются курьеры, которые покупают у него товар, после чего разъезжаются по всему Поволжью для сбыта. Я хочу выяснить, где эта точка, чтобы накрыть её вместе со смотрящим.

— Удивительное дело, но наши желания совпадают, — Велимир озадаченно потёр подбородок. — В свете новой информации теперь становится понятным, зачем он сбивает в боевую стаю слободских парней.

— Ты про клуб «Ратоборец»?

— Ага, и об этом знаешь? Тебе известно, чем они занимаются?

— Обложили данью торговцев, подминают под себя мелкую шпану, устанавливают свои правила, — кивнул Никита и повернул голову к Велимиру. — Но за этой тактикой скрывается нечто другое. Возможно, я ошибаюсь, и буду рад, если так. Однако поведение молодой банды наводит на иные соображения.

— Не поделишься? — усмехнулся Шереметев, зная, что не дождётся от Назарова откровений.

— Пока нет. Моя осторожность проистекает не из-за наших… скажем так, трений. Это уже область государственной тайны.

— Понятно, — кивнул княжич, откидываясь на спинку дивана. — Ты боевой волхв, к тому же близок к императорской семье. Ничего удивительного. Значит, ты хочешь уличить Броню в распространении фармагиков?

— Да.

— А я — в намеренной криминализации города. Получается, пути разные, а цель одна?

— Ты прав, Велимир. Пока сюда не нагрянула спецгруппа графа Возницына, нам нужно понять, насколько Гринцевич важен во всей этой кутерьме. Я не хочу его потрошить. Мне нужны доказательства. А остальным займётся ИСБ.