Каждое его слово будто ударяет по самому больному месту. Потому что я понимаю: он прав. Мне никто и никогда не даст свободы. По щекам медленно катятся слёзы. Не потому, что я верю каждому его слову. Шанс ведь всегда есть. Пусть даже маленький. Я плачу, потому что знаю — у него действительно есть возможности сделать мою жизнь невыносимой.
Он замечает мои слёзы и неожиданно становится на удивление мягким. Даже голос меняется.
— Не доводи до этого, Маргарита. Просто вернись домой, и тогда никому не придётся воевать. А возможно, если ты хорошо будешь вести себя и оборвёшь любой контакт со студентом, я даже помогу ему выйти на свободу.
Глава 40 – наконец-то увижу её
* Максим *
— Дунай, к тебе посетители, — сообщает конвоир сразу после того, как открывается дверь.
— Кто? — спрашиваю, даже не шевельнувшись. Потому что если снова припёрся старый Волков или его сынок, то я не хочу с ними больше разговаривать. Достали. Пусть говорят с адвокатами или же с судом. С кем угодно, но только не со мной.
Я не продаюсь.
Жопа горит у Волкова, чувствует, что одной моей подписи будет мало, чтобы засадить меня. А больше у него ничего нет. Только слова сынка. И то, его слово против моего. И тут вроде как он на коне, но... Проект начали строить задолго до моего прихода в компанию. Уже был фундамент, стены, пусть и не все. А значит, я не мог быть главным по проекту и разрабатывать его. Я вообще ни пришей кобыле хвост, как говорила моя бабушка. Осталось только это доказать.
И докажут, я уверен. Потому что чистосердечного от меня они не получат.
— Девушка, — отвечает он. А я аж подпрыгиваю на месте и сразу же вскакиваю на ноги.
Пришла.
Две недели не видел. Почему она так долго не приходила? Боже, да я чуть с ума тут не сошёл. Накрутил себя на максимум. Возможно, моя реакция на новость о беременности ей не понравилась. Может, сказал что-то не так...
Согласен, что изначально я застопорился. Уж точно не таких новостей ждал. И да, я искренне обрадовался беременности Маргариты. Я хотел этого. Потому что только с ней вижу своё будущее. И если она ещё сомневается, то я уже ни капли.
Хоть завтра бы женился. Если бы на одно «но». Противное и пока что не решённое. Грёбаный развод с Самсоновым. Мне это настолько надоело, что, как только выйду отсюда, поеду к нему. Пусть, блядь, подписывает документы. Достал уже.
От мысли, что она тут и я наконец-то увижу её, сердце стучит так сильно, что, кажется, его сейчас услышат все, кто находится в этой чёртовой камере со мной. За это время, пока сижу тут и пялюсь в облезший потолок, успел так много чего переоценить, осмыслить, понять. А главное, соскучиться по ней до дрожи. Потому что и бороться в два раза сильнее захотелось за нас.