Я смотрю на маленькое лицо сына и тихо выдыхаю.
— Спасибо, мам.
После звонка я ещё несколько секунд стою посреди комнаты, прижимая Лёшу к себе.
— Ничего, сынок, мы справимся. Дождёмся мамку дома, а пока нас с тобой ждёт маленькое приключение. Прорвёмся, боец. Правда же? — то ли его спрашиваю. То ли себя утешаю. — Прорвёмся, — ещё раз повторяю и начинаю собирать вещи.
Глава 49 – Я в правильном месте, и с правильными людьми
Два месяца спустя
* Маргарита *
После выписки из больницы прошло почти два месяца, и сейчас мне кажется, что то утро, когда я в панике уезжала в больницу, было в какой-то другой жизни. Тогда я боялась буквально всего: боли, осложнений, неизвестности и, наверное, больше всего — потерять молоко. Возможно, кому-то это покажется странным, но для меня грудное вскармливание стало настоящей маленькой целью, за которую я держалась изо всех сил. Мне хотелось кормить Лёшу самой, чувствовать его рядом, знать, что могу дать ему всё необходимое сама. Ведь это один из самых важных процессов в жизни матери и ребенка. Быть частью чего-то личного. Только нашего.
Первые дни дались тяжело. Пока я лежала в больнице, Лёша был на смеси, а я сцеживалась столько, сколько могла, буквально по часам, лишь бы сохранить молоко. Иногда мне казалось, что сил уже не осталось даже на это, но я упрямо продолжала. Очень боялась, что когда вернусь домой, сын уже не захочет брать грудь после бутылочки.
Но, кажется, Лёша решил иначе.
Стоило мне оказаться дома, взять его на руки и приложить к груди, как он совершенно спокойно схватил в рот сосок и начал жадно кушать, будто никакой бутылочки до этого и не было. Я тогда чуть не расплакалась от облегчения. Или всё-таки расплакалась. Не помню. Наверное, за последние месяцы я вообще стала слишком сентиментальной, потому что теперь могу прослезиться даже от того, как мой сын смешно зевает после еды.
А зевает он часто, хотя спит не всегда. Чаще всего у мамы или папы на руках засыпает. Кажется, это его любимое место для сна.
Зато растёт сын по ускоренной программе. Каждый месяц стабильно плюс килограмм и три сантиметра за два месяца. Ну богатырь, что сказать.
Ещё немного, и мне самой придётся записываться к ортопеду после попытки поднять собственного ребёнка.
— Ну ты куда так растёшь? — спрашиваю его, когда переодеваю после купания. — Я скоро тебя на руки не подниму.
Лёша смотрит на меня совершенно серьёзно, а потом улыбается, так что я забываю обо всех своих жалобах.
Он у меня вообще удивительный.
Маленький, смешной, с пухлыми щёчками и такими глазами, что я иногда могу смотреть на него часами. В нём уже появляются какие-то свои привычки, свои выражения лица, и я каждый день ловлю себя на мысли, что невозможно привыкнуть к счастью.