— Ты в порядке, Экхарт? — сказал мужчина, смотря уже на бледного, но постепенно вновь розовеющего мальчика.

— Да, — достаточно твердо сказал Экхарт, стараясь не выдать своего истинного состояния, — но откуда вам известно мое имя? — немного опомнившись, спросил Экхарт, и стал медленно опускать правую ногу, готовясь рвануть от странного незнакомца при первой же возможности.

— Ну что же ты, Экхарт? У тебя на пиджаке висит бейдж: “Дежурный класс Экхарт Дейс”.

С некоторой опаской Экхарт взглянул на свою грудь и действительно обнаружил там бейдж с озвученной незнакомцем надписью.

— Но я точно помню, что сегодня дежурит не мой класс, я точно помню, что …

Не успел он договорить, как его перебили:

— Ваш учитель оговорился, сегодня дежурит ваш класс… — с видным раздражением в голосе сказал незнакомец и, выдержав небольшую паузу, добавил, — а ты знал, Экхарт, что стоит мне только взглянуть на человека, так я сразу узнаю, кем он станет в будущем?

— Ха, да вы врете, дядя, — неожиданно для себя, весело сказал Экхарт.

— Вот как, значит… Ты, например, станешь бухгалтером.

— Это почему? — уже не так уверенно ответил мальчик.

— А потому, Экхарт, что у тебя особый интерес к деньгам.

Тут Экхарта вновь охватила паника: «Откуда он знает про то, что я люблю считать деньги?» – подумал он, создавая из сиденья опору для резкого толчка. «Сейчас будет остановка, оттолкнусь и вылечу на улицу, там двери и закроются, и я больше никогда не увижу этого странного человека» — подумал Экхарт, готовясь к рывку, словно бегун, собравшийся преодолеть невообразимую доселе дистанцию.

— Неужели ты забыл про монету в твоей руке? — улыбаясь, сказал незнакомец, — ты ее вертишь с того самого момента, как зашел в трамвай, а сейчас так сильно сжал ее, что, небось, руке то твоей совсем не сладко приходится?

Экхарт разжал правую руку и увидел в ней монету. Он получил ее в подарок на четырнадцатый день рождения. Экхарт считал ее счастливой и всюду носил с собой. Хотя мальчику стало трудно верить во все происходящее, но он вдруг вспомнил, как в школе одноклассники уже делали ему похожее замечание, когда он стоял у доски. Из-за волнения он засовывал руку в карман, а там нащупывал свою счастливую монетку и, совсем про нее забывая, доставал из кармана. Бывало даже, что вместо мела по доске провозилась монета, но это было всего пару раз и лишь когда Экхарт сильно нервничал.

— Вот что, Экхарт, держи, — незнакомец протянул мальчику круглые позолоченные часы с кожаным ремешком.

Глаза Экхарта загорелись, но он, все еще глядя на часы, сказал: