— Я всё же рекомендую скорую.

— Нет, Птичке надо в душ. Нельзя скорую, понимаешь? — Анжелика сдвинула брови и требовательно смотрела на меня, встав и уперев кулачки в талию.

— Ну давай её в душ.

— Ей плохо, пусть полежит тут… — засомневалась брюнетка и нахмурилась.

Мне это всё надоело.

— Тогда спокойной ночи — я пойду спать и как гость воспользуюсь твоей кроваткой!

— Эгоист! Не этого я от тебя ожидала! — раздался выкрик Анжелики, когда я уже приближался к прихожей, допивая пиво.

«Надо будет — придет и попросит нормально, а то думает, что нашла себе мальчика на побегушках, ёпт», — я поставил пустую банку на полочку в прихожей и двинулся в комнату, рассчитывая посидеть и почитать книгу — спать совсем и не хотелось.

Зайдя в комнату, подошёл к столу, включил торшер и уселся на стул, постаравшись найти тот момент в книге, на котором закончил чтение. Это мне удалось:

'Как мы уже выяснили в нашем исследовании, к нашему огромному сожалению — Мировую Войну в Европе строго формально развязала Российская Империя. Из-за проанглийской Сербии последний из Голштейн-Готторпов привёл в действие страшный механизм разрушения, который в конечном итоге мог погубить как всю Россию, так и всю Европу, если бы не решительные и самоотверженные действия высшего российского генералитета: генералов Алексеева, Корнилова, Деникина, адмирала Колчака.

Конечно же, совершенно справедливо и коалиция победителей, и историки возложили вину за развязывание наступательной войны на Второй Рейх и Австрию, которые были агрессивной стороной и только ждали подходящего повода, пребывая на пике своих военных сил и возможностей, однако начав первым мобилизацию и отказавшись ее прекратить, Петербург запустил цепную реакцию разжигания конфликта — Рейх автоматически запускал ответную мобилизацию и вводил в действие предвоенные планы. И всё это произошло из-за ничтожной балканской полусатрапии, которая свой приз по итогам войны получила.

Царисты, как нам известно, в этом случае заявляли и по сей день заявляют, что Российская Империя не дала сгубить независимость гордого славянского государства и защитила братский, православный, храбрый народ. Однако нет нужды напоминать, что на тот момент у России и Сербии не было даже договорных союзнических отношений.

Последовавшая Мировая Война стала актом коллективного самоубийства старой Европы. Впрочем, это с самого начала было понятно: ещё в августе 1914 года, когда пропагандисты захлебывались от восторга по поводу предстоящей пробы сил, и даже такое большевистское чудовище, как Лев Троцкий, писал, что он «Сожалеет о происходящем не только как социалист, но и как европеец. Когда дым войны рассеется, — предсказывал он, — Франция окажется на мировой сцене большой Бельгией — и только. Вне зависимости от того, как именно повернутся боевые действия, их конечный итог очевиден — мировая финансово-экономическая диктатура Соединенных Штатов».