К моему удивлению, мужик тихонько засмеялся, изумленно покачивая головой, и потом ответил:
— Ты что, действительно не знаешь, с кем общаешься, что ли? Ну ты уникум, конечно, пацан! Георгий Георгиевич Корнилов — президент России, а Анжелика — его пятая дочь, самый младший ребенок!
Я отступил на шаг, с недоверием глядя на мужика и в шоке качая головой. Сумка-чехол чуть не выпала из моих рук.
Я добрых полминуты стоял с отвисшей челюстью, ошарашено глядя на мужика.
— Давай, парень — садись и едем, хватит мечтать! — усмехнулся этот клубный водитель, развернулся и направился к двери.
«Теперь уже точно протестовать смысла никакого нет. Куда и во что я влип? Как такое вообще возможно, что дочь президента шастает одна — где попало и без охраны⁈» — я почувствовал легкий озноб, пока садился на переднее сиденье.
Через минуту начали разворачиваться и скоро поехали обратной дорогой в сторону «Золотого полиса». Я обернулся — девушка лежала на заднем сиденье, свернувшись калачиком, и явно если не спала, то дремала.
— Вы вот мне скажите — как дочка президента может быть без охраны? — возмущённо спросил я у мужика, когда подъезжали к торговому центру.
— Во-первых, негласная охрана у неё есть — я в этом абсолютно уверен, потому что иначе быть не может. А во-вторых — всё это тебе лучше узнать у самой Анжелики Георгиевны, я не имею манеры распространять слухи и домыслы, — спокойно произнёс водитель, поворачивая на шоссе.
«Вот же хрен! Мало того, что похитил меня, по сути, так ещё и строит из себя саму деликатность. Охрана у неё! Почему же я не заметил? В парке где была эта охрана, когда она раком ползала на склоне?» — сидел и кипятился я, нервно сжимая свою-сумку чехол. — «Всё это пахнет, даже не пахнет, а благоухает какой-то подставой, только вот кто объект этой подставы — она или я? Или все вместе? Инициатива знакомства явно не с моей стороны — из того, что я помню. Либо это проделки самой Анжелики, либо некая игра каких-то сил в её сторону — надо ли мне вообще в это влезать и в этом разбираться?» — я отчётливо понимал, что теперь просто так с поля зрения брюнетки уже не получиться скрыться и момент окончательно упущен.
Снова накрыло раздражение — я корил себя за свой неоправданный гуманизм к посторонним, который в итоге и завёл меня в такую серьёзную переделку уже в самый первый день нахождения в этом малоприятном мире.
Остаток пути ехали абсолютно молча. Я продолжал себя корить и думать о будущем, которое теперь вырисовывалось вполне определённым, девушка тихонько постанывала сзади. Шоссе было пустым и плохо освещённым, к многоэтажке Анжелики доехали быстро.