Т-та-ах!
Явно расстроившись, ушла коренастая шатенка лет шестнадцати, приехавшая на Чемпионат из далекого Владивостока.
Т-та-ах!
Невозмутимо удалилась юная сибирячка.
Т-та-ах!
Покосившись на более меткую соперницу-соученицу по Московской школе снайперов, огненно-рыжая юниорка вздернула покрытый конопушками носик и гордо прошествовала в тенек.
Т-та-ах!
На сей раз никто никуда не двинулся, просто две финалистки провели перестрелку еще раз, выяснив, кто из них заберет «золото», а кого наградят «серебром». Стих последний выстрел, затем все внимательно послушали старшего судейской бригады, объявляющего-расставляющего призерок по ранжиру: едва дождавшись окончания оглашения результатов, серебряная медалистка от всей души «дала голос» и кинулась на шею радостному тренеру, крякнувшему под весом не такой уж и хрупкой москвички. Что же касается чемпионки Морозовой, то она обменялась парой фраз и улыбками с подошедшей к ней статной женщиной, которую все и посчитали ее тренером — искренне поздравляя с тем, что та смогла разглядеть и огранить столь большой талант. Тем более замечательный, что Александра уверенно двигалась к новой медали в личном зачете с крупнокалиберным пистолетом, в то время как остальные белорусские спортсмены своих болельщиков только разочаровывали. Нет, отдельные успехи были, но даже командная «бронза» уже явно уплывала в руки более подготовленных ленинградцев, в то время как за «золото» в упорной борьбе сцепились сибиряки и москвичи.
По итогам третьего дня Чемпионата у одной юной победительницы образовался «пустой» день, который она с удовольствием потратила на Музей Революции и цирк: все бы было хорошо, если бы довольная своим небольшим отпуском товарищ Липницкая не потащила ее к гранитному мавзолею основателя страны Советов. И чем ближе они подходили к кремлевским стенам и Никольской башне, тем меньше Галине Ивановне нравилось настроение своей воспитанницы.
— Сашенька, все хорошо? Голова не кружится?
В ответ на недоуменный взгляд искренне беспокоящаяся женщина пояснила:
— Солнце такое яркое, а ты даже без панамки!
— Все хорошо.
Укоризненно поцокав языком, женщина мягко предположила:
— Переволновалась на выступлениях? Нет?.. Сашенька, ну я же вижу, что тебя что-то расстроило…
Помолчав, тринадцатилетняя советская сирота неожиданно согласилась:
— Да. Зачем было устраивать на главной площади страны некрополь?
Подавившись заготовленной фразой про то, что юному возрасту свойственно преувеличивать маштаб своих проблем — директриса быстро огляделась, подхватила девушку под локоток и аккуратно оттянула поближе к елям. Меж которых как раз виднелась табличка, закрывающая урну с прахом самого товарища Серго Орджоникидзе, умершего всего три года назад от внезапного паралича сердца. Правда, злые языки поговаривали, что его вызвала пуля из наградного револьвера Нагана, которым и застрелился ожидающий своего ареста нарком тяжелой промышленности — но таким откровенным вракам никто не верил.