— Это правильно. Только не забудьте у Татьяны Васильевны адрес детдома взять — ну и не затягивайте с решением и оформлением договора, а то у нас в стране швейно-скобяных артелей хватает.

Хохотнув, усач едва заметно кивнул и вновь превратился в добродушного дядьку:

— Это точно, хватает. Но наша самая лучшая!

После чего тут же поднял свой лежак и начал рыться в глубинах настоящего чемоданного монстра с латунными уголками и основательным замком — а когда выпрямился, в его лапе был зажат такой же монументальный блокнотище, к которому крепкой веревочкой был привязан автоматический карандаш. Мило розовея, товарищ Белевская поведала Петру Исааковичу, где и как он сможет вновь ее увидеть на предмет серьезных разговоров и тому подобного: ну а там очень кстати знакомо задергался в торможении вагон, и показались пригороды какого-то небольшого городка.

Резко оживившийся знатный труболитейщик тут же начал готовиться к десантированию на перррон и забегу до ближайшего винно-водочного ларька — для начала достав и пересчитав небольшую стопочку потрепанных купюр. Мысленно что-то прикинув, металлург зримо посветлел испитым ликом, упруго спрыгнул вниз и отправился занимать стратегически-верную позицию в тамбуре вагона.

— Да уж!

Обласкав-оценив мимолетным взглядом богатый духовный мир попутчицы-собеседницы, особенно сильно распирающий ее блузу в районе груди, ярославский артельщик вступился за попутчика с верхней полки:

— Зря вы так, Танечка. Василий конечно употребляет, но меру знает. Вы на его лицо внимания не обращайте: у металлургов возле мартеновской печи век короткий, потому как работа дюже вредная… Им за нее даже специально молоко выдают.

— Да?

— Ну, или сок какой-нибудь. К тому же, у Василя еще и неприятности на личном фронте: может помните, год назад было постановление правительства о… Дай-то памяти… «Рациональном размещении предприятий промышленности непосредственно возле источников сырья и энергии»?

Удивившись, женщина неуверенно кивнула, подтверждая, что да, что-то такое она почти помнит. Наверное.

— У него жена работает на Могилевском заводе искусственного волокна, а его недавно начали переносить аж в Томск, поближе к Новосибирскому химическому комбинату — и всех работников туда же на два года переводят, чтобы, значит, планы выработки не завалить. Потом у него сын в Витебске на оптическом заводе шлифовщиком: а завод-то с рабочими аж в Красноярск определили! Там какие-то особые пески нашли, очень подходящие для варки хорошего стекла: вот и получается, что половина семьи останется в Могилеве, а половина в Сибирь вскоре уедет…