— Вилен, давно командир так сидит?

Впрочем, все старания сержанта издавать поменьше шума оказались тщетными, потому как стоило ему появится, как от него пошла мощная волна запахов влажного осеннего леса, свежей сосновой стружки и смолы-живицы.

— Уже скоро.

Услышав главное, изрядно набегавшийся и уставший за последние дни замкомвзвода снял с плеча и повесил на торчащий из стены крючок свой верный ППШ, затем определил на эту же вешалку основательно измазюканный в разнообразной грязи самодельный бушлат. В отличие от модницы-радистки Катерины, он предпочитал носить смешанные наряды: нынче на нем были немецкие ботинки и штаны, советская гимнастерка с шапкой-ушанкой, и та самая укороченная до середины бедра солдатская немецкая шинель, которую опытному служаке было не жалко пачкать и рвать на хозяйственных работах. Хотя последнее время он руководил скорее инженерными с небольшим уклоном в фортификационные, которыми лейтенант Морозова озадачила почти весь личный состав их небольшого партизанского отряда.

— Уф-ф, наконец-то спокойно посижу.

— Что там у тебя, долго еще?

— Да почти все работы сделали, осталось только мостик через ручей собрать: бревна привезли, но там же «Рама» постоянно летает…

Пристроившись на лавку поближе к бревенчатой стене, Каланчов оперся на нее спиной, длинно выдохнул и на несколько секунд прикрыл глаза. Только чтобы дать им немного отдохнуть: почему-то рядом с командиром ему всегда было так спокойно… Так что чужой кулак, неприятно ткнувший его в живот, стал неприятным сюрпризом и поводом задуматься: такой ли уж приятель ему младший сержант Голиков?

— Ты чего?!?

Наклонившись поближе, Вилен едва слышно шепнул:

— Храпеть начал.

И тут же откачнулся обратно, потому как командир сняла наушники и поочередно подернула рукава своего ладно сидящего сине-серого кителя, украшенного фирменным летящим орлом люфтваффе, штабным знаком-нашивкой и двумя желтыми кантами оберхельферин.

— Так. Довожу до вашего сведения, что сегодня днем англичане применили боевые отравляющие вещества против немецко-французских частей, штурмовавших Оксфорд и разгружавшихся с морского транспортника в Кардиффе. Если верить германским дикторам, то это был зарин…

Лица двух сержантов дружно вытянулись и налились тревогой от таких не самых хороших новостей.

— Каланчов, что у нас с трофейными противогазами?

Тряхнув головой для пущей бодрости мыслей, замкомвзвода уверенно отчитался:

— Полторы сотни точно есть. Только не все в полном комплекте: мы же их все больше ради жестяных газбаков брали: в этих тубусах всякую нужную мелочь удобно хранить и носить.