К одиннадцати вечера я закончила. Мои глаза горели, пальцы ныли от бесконечного стука по клавиатуре, но я справилась. Я распечатала итоговый отчёт, взяла его в руки и направилась в его кабинет. Дверь была приоткрыта, внутри горел свет, и я слышала его голос — он снова разговаривал по телефону. На этот раз на кавказском языке, резко, отрывисто. Я не поняла ни слова, но тон был угрожающим.

Я вошла без стука. Он прервал разговор, увидел меня, и в его глазах мелькнуло удивление.

— Я закончила, — сказала я, бросая папку на его стол. — Все документы отсортированы, проверены и готовы к сдаче. Три тысячи файлов за один день. Вопрос: ты уволишь меня или повысишь в должности?

Он медленно поднялся из-за стола, взял папку, пролистал. Я видела, как меняется его лицо: сначала скептицизм, потом удивление, потом — что-то тёмное и горячее, что заставило меня инстинктивно отступить на шаг.

— Ты сделала это, — сказал он, и в голосе не было вопроса. — Ты реально сделала это за один день.

— А ты думал, я буду ныть и просить о помощи? — усмехнулась я. — Нет, Тимур. Я не из таких. Я выполнила твой приказ. Теперь — выполни своё обещание. Оставь меня на работе.

Он подошёл ко мне ближе, и я снова почувствовала его запах — кожа, дым, что-то тёплое и дикое. Он взял меня за подбородок, приподнял моё лицо к себе, и его пальцы были обжигающе горячими.

— Ты переиграла меня, — сказал он тихо, почти шёпотом. — Но ты допустила ошибку. Ты думала, что я сдамся? Нет, маленькая сабля. Я только раззадорился.

Он оттолкнул меня, вернулся к столу и сел в кресло, не глядя на меня. Я стояла, чувствуя, как кровь стучит в висках. Он не сдавался. Он не признавал поражения. Но я видела по его рукам, по тому, как он сжал подлокотники, что внутри он кипит. Я задела его за живое.

— Значит, ты оставляешь меня, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Оставляю, — ответил он. — Но с одним условием. Завтра в девять мы едем на переговоры с поставщиками. Ты будешь моей правой рукой. И если ты там хоть раз откроешь рот без моего разрешения, я вышвырну тебя из офиса собственноручно.

— Договорились, — сказала я, разворачиваясь, чтобы уйти.

Но не успела я сделать и двух шагов, как он схватил меня за запястье и развернул к себе. Мои глаза встретились с его глазами — в них было столько злости и желания, что я на миг забыла, как дышать. Он притянул меня к себе, и я оказалась зажатой между его ног, он сидел в кресле, а я стояла, чувствуя его дыхание на своей шее.

— Ты думаешь, что ты умнее всех, да? — прошептал он. — Ты думаешь, что сможешь играть со мной и остаться безнаказанной?