Альфа раскрыл свою челюсть и издал потусторонний звук, смешав рык с клокотанием и пощелкиванием. После чего бросился на меня, перестав обращать внимание на бесполезного серва. Мутант перебирал всеми четырьмя конечностями и дрыгал своим отросшим хвостом, взбивая комья земли. Я не стал стоять на месте и двинулся на противника с левой стороны — так, чтобы иметь возможность как следует вдарить клинком с правой. Длинные когти элхорга я пропустил вскользь по своему мета-полю. Сам же я ударил клинком по шее противника. Зеленый толстый покров прогнулся, но выдержал напор. Альфа оказался не самым слабым противником. Мы разошлись в разные стороны. Короткая сшибка заняла доли мгновения. На шее монстра осталась глубокая резаная рана, которую нанес мой клинок, прорвавший кусок мета-поля вместе с плотью монстра.

Однако альфу такие повреждения остановили ненадолго. Я заметил в его ауре приток эфира к шее. Рана начала быстро затягиваться. Придется наносить колющие удары в уязвимые места, раз уж голову снести не получается. Основные точки поражения — это мозг и ядро, которое может частично дублировать функции управления организмом. Сердец у некоторых элхоргов также может быть несколько — на всякий случай, да и расположение внутренних органов сходу не определить, поэтому выцеливать прочие жизненно важные части тела неэффективно. Ядро, конечно же, было прикрыто сплошным костяным каркасом из ребер, вкупе с толстыми грудными пластинами.

Краем глаза заметил, что женщина с мотыгой смогла сбежать по лестнице вниз. Я двинулся в повторную атаку на монстра, но на этот раз альфа решил применить свое промораживающее заклятье. В своеобразном однобоком узоре монстров сокрыта их сила, но также и слабость. Скорость формирования магии высока, но они способны проводить лишь один тип атак. По сути печать встроена в их ауру намертво. У боевых чародеев тоже есть встроенные печати. У меня это мета-поле, призрачный клинок, да эфирное зрение в каком-то смысле — все то, на что в быстром бою просто нет времени. Пока ты будешь кастовать печать, подготовленный враг тебя банально зарубит. В то же время большое количество готовых печатей в ауре делало энергетические узоры нестабильными. Заклинания могли конфликтовать друг с другом, а при повреждении ядра вели себя непредсказуемо.

Я заранее почуял, как ледяной эфир скапливается в его голове, поэтому был готов к атаке. Промораживающий все на своем пути поток вырвался из раскрытой пасти гада. Я резко нырнул вбок и ушел с траектории атаки. Альфа пытался поливать меня ледяной струей, а я просто уворачивался или держался на таком расстоянии, при котором его атаки имели слабый эффект. Если враг готов растратить без особого толку весь свой резерв, кто я такой, чтобы ему мешать? В снежной свистопляске сложно было следить за аурой противника, да и совмещать обычное и эфирное зрение непросто, но что-то его резерв проседал не так быстро, как я надеялся. Каким-то образом он восстанавливался на ровном месте, как будто тварь создала канал в морозное инферно и черпала оттуда силы.