Слуг и прочих обитателей крепости, да даже солдат было откровенно жаль. Снова обычные люди попадают под руку, отдавая свои жизни только по факту службы дворянину, обречённому умереть. Меня просили взять живых пленников, конечно, но меня здесь и не было. Его молодую жену, ту — да, можно оставить в живых. Можно даже ей пару слуг подогнать, чтобы не осталась одна в мёртвой крепости. Остальных — под нож.
Штурм шёл быстро и в высшей степени эффективно. Мёртвые гвардейцы не испытывали сомнений, моральных метаний, сожалений. И потому не ошибались, почти не ошибались. Ошибки компенсировались командной работой. Немая смерть неслась по каменным коридорам крепости, стремительно очищая от всего живого. Никакого осознанного сопротивления. Даже во внутренние казармы мои гвардейцы вошли тихо и успели вырезать большую часть спавших до того, как кто-то проснулся.
Нескольких служанок убивать не стал, накинул мешки на головы и связал, приказав не рыпаться. Та же участь постигла и молодую жену. Была, правда, загвоздка с определением, а кто именно эта самая бывшая баронесса, а нынче герцогиня, которую я, условно говоря, спасал. Ориентироваться я мог только по дорого обставленной комнате, где спала одна… А, нет, не одна. Помимо девушки, в комнате ещё спала какая-то дородная тётка. Обе были схвачены и слегка придушены, чтобы не шумели.
Самого Льюиса нашли в компании аж трёх любовниц. Силён мужик. Одна из девок успела проснуться, вскрикнуть, оттого захват получился силовым, но всё равно быстрым. Герцога связали, накинули на голову мешок и придушили. У меня к нему будет пара вопросов, чисто ради утоления любопытства. Детей нашли в двух комнатах, одна для трёх мальчишек, одна для двух девчонок. Ещё в одной комнате почивал юноша. Возможно — старший сын. Подумав немного, приказал захватить.
Спустя примерно полтора часа крепость была полностью захвачена и зачищена, последние двадцать минут скелеты обыскивали подсобные помещения в поисках залезших в дальний угол слуг или потайных ходов. Ход нашёлся, хотя скорее лаз, обвалившийся и потому бесполезный.
Молодую жену привели в кабинет герцога. Я, понятное дело, на месте не присутствовал, говорил через Эрста. Когда с головы… хм… «спасаемой» сорвали мешок, я смог рассмотреть её при свете свечей. Миловидная девушка с милыми кудряшками, больше сказать не могу.
— Назовитесь.
— Что случилось с… — вместо ответа девушка совершенно по-еврейски начала задавать вопросы.
Скелет из гвардейцев её слегка одёрнул, приводя в чувство.
— Вопросы задаю я. Итак?
Девушка покорилась.