Теперь вопрос… А зачем он мне вообще нужен? Как эту махину вписать в экономическую модель? Где мне столько материала брать, чтобы его на полную загрузить? Только теперь всплыли в сознании мельком где-то виденные цифры, согласно которым одна ткацкая фабрика, даже ранняя, могла производить больше ткани, чем все мануфактуры целой страны с их устаревшим ручным производством. И вот. У меня есть станок, и если найду материал, могу производить больше ткани, чем всё королевство вместе взятое, а может и пара соседних.
Пошёл к Чезаре, надо обговорить покупку животных. И готовить пастбища, вероятнее всего, за стеной. Пространство между крепостью и аномалией есть (приличное к тому же), что-нибудь придумаю, чтобы защитить пасущихся барашков.
Чезаре, к слову, королеву посетил, на правах мага жизни осмотрел Аннабель, мне претензий не высказывал. Последнее особенно важно и показывает, что цели и задачи церкви я понимаю правильно. Нашёл светлого отца на строительстве церкви. Мужик, как и положено иезуиту… То есть, верному последователю Светлой Матери, кое-что понимал в архитектуре, и потому хоть я и удивился сначала, когда увидел армирование стен перед заливкой бетона, вопросов не задавал. Зато на внешние стены моей крепости начали смотреть совсем по-другому. О да, стены у меня капитальные, современными осадными орудиями вы их ковырять будете очень долго, хе-хе-хе.
Так вот, нормально поговорить не было возможности, Чезаре практически руководил процессом, как представитель заказчика, ага, но моё пожелание обещал передать по инстанции. Чезаре правда явно не понял, каких объёмов закупку я хочу произвести, но ничего. Главное — начать.
Послал младшего Лича готовить пастбища. Не знаю, что у нас появится первым, лошади, бараны, овцы, но площади под них должны быть готовы, а с ними загоны, да и вообще инфраструктура. Не знаю, буду я шерсть стричь или коров доить, но помещения в любом случае пригодятся.
Пока нет шерстяной ткани, переоборудовали станок под лён. Повозиться пришлось, материал довольно сильно отличается, другое натяжение настраивать, скорости регулировать, но это уже мелочи. Главное — махина работает.
За этим делом как-то внезапно собрался паровой двигатель, прототип номер один. Испытания проводили скелеты, потому что мне было очевидно — рванёт. Не мог не рвануть, мы понятия не имели, где и какие будут нагрузки и давления, поэтому что-нибудь точно разорвёт.
Раскочегарили установку, постепенно поднимая давление пара. Я сделал прибор, измеряющий давление, кустарный тонометр, который настраивал через собственный же клапан и банальный воздушный насос, пытаясь хотя бы на глазок сделать отметки в две, три и четыре атмосферы, а максимальное значение должно быть в пределах десяти. До клапана и тонометра дело не дошло, куда раньше прохудился один из швов, соединявший топку и внешнюю оболочку, обдав скелета струёй пара. Плохо, если швы не выдерживают даже разогревания воды.