— Очень приятно познакомиться, — я сумел своим голосом передать сарказм. — Так чем могу быть полезен, уважаемые господа?
— Мы хотим, чтобы вы освободили Её Величество Тайру с ребёнком и передали нам, — потребовал Алан.
— Её Величество? — переспросил я, будто бы уточняя.
— Да, — кивнул Алан. — И не отрицайте, мы знаем, что она здесь.
Как-то узнали. Не сказать чтобы я прямо скрывался, отряд скелетонов видели многие. Однако за скорость реагирования могу только похвалить. Не думаю, что маленькую армию собирали конкретно на меня, скорее идут куда-то по своим делам, а сюда заехали перетереть и уладить проблему. Не верю, что у них имеется гений логистики, способный собрать за пару недель армию.
— Что же, вынужден вас разочаровать. Это невозможно.
Мой ответ никого не удивил, вообще. Только этого и ждали.
— В таком случае мы будем вынуждены напасть и разрушить крепость, забрав Её Величество силой, — предсказуемо начал угрожать Алан.
Только звучало это как-то… формально, что ли? Должен был Фейт ответить именно так, и ответил, соблюдая некий навязанный ему ритуал.
— Обязан вас предупредить. По моим скромным соображениям в случае атаки вы всем войском поляжете под стенами крепости, не достигнув результата, — подыгрываю Алану.
Мне самому интересно, к чему этот разговор приведёт.
— Вы думаете? — Алан, кажется, впервые проявил эмоции.
— Абсолютно уверен. Позволю себе напомнить, что крепость эта была создана в первую очередь для защиты. Я со своей стороны сделал всё, чтобы штурм или осада стали для нападающих ночным кошмаром. И без ложной скромности заверяю, достиг в этом значительных результатов.
— Если это так, то почему вы предупреждаете нас и отговариваете от штурма? — спросил один из рыцарей, мужчина в возрасте. — Имея такую уверенность в неприступности стен, вы не стали бы нас отговаривать. Наоборот, сделали бы всё, чтобы мы напали.
Наклоняю голову набок.
— Зачем?
— Что зачем? — не понял рыцарь.
— Зачем мне желать, чтобы вы напали? — поясняю. — Я, если хотите знать, стремлюсь к мирному существованию.
— Тогда почему вы идёте на конфронтацию? — спросил уже Алан. — Освободите королеву и живите спокойно.
Однако я отрицательно качаю головой.
— Не могу именно из-за стремления к миру. Королева и её ребёнок — отличное знамя, подняв которое можно начать новый виток войны.
Хмурые лица дворян меня нисколько не удивили.
— Я отлично понимаю, что вам не нравится сложившееся положение. Это логично, оно не может вам нравиться. Тем не менее плохой мир лучше хорошей войны.
— Так уж? — мрачно переспросил один из рыцарей.