— Анри! — одернула его Гая.

— Ах вот оно что. Понимаю… Что ж, начнем знакомство сначала. Я, как это у вас говорится, простолюдин. Павел Георгиевич Холодов. Санинструктор, сержант. Военный медик, если точнее. У меня никого нет, мой мир в руинах, а здесь я по прихоти неведомых сил. Иду туда, не знаю куда, с тем, не знаю с кем. А книга эта, уж прости, мне не нужна. Там бред сивой кобылы, по большей части.

— Ты хочешь сказать, что знаешь больше? — усомнился Бремер.

— Я хочу сказать, что ваши представления о медицине и сам подход к изучению — примитивны. Настолько, насколько это вообще возможно. Хотя, фурункулы Альбер лечил, в целом, правильно. Впрочем, то, что вы называете живой броней, меня впечатлило. В моем мире таких технологий нет.

— Серьезно? А какие есть? — его задели мои слова.

Я открыл подсумок с планшетом и подошел ближе. Экран засветился, показав заставку.

— Светильник? — усмехнулся Бремер.

— Почти. Алиса, покажи запись боя от 12.04.2035 года.

— Одну минуту… — отозвался мелодичный голос. Гая тихонечко подошла ближе.

Штурм Берлина поверг моих спутников в шок. Я занимался своей работой, с боем прорываясь к раненым, но на экране то и дело мелькали танки, БМП, штурмовые дроны и робособаки с различным обвесом. Одни вели огонь из пулеметов, другие несли на себе боезапас и мины. Среди пыли и взрывов, пару раз промелькнули штурмовики в экзоскелетах.

— Вот эти костюмы усиливают человека, позволяют нести больше брони и оружия. Внутри вот этих машин сидят люди. А вот те, с ногами — управляются искусственным интеллектом. Они не живые.

Я переключил видео на последнюю запись 5-го мая.

— А вот это я видел в последние минуты, до того, как попасть сюда.

Яркая вспышка перед самым лицом оборвала запись. Бремер застыл с остекленевшими глазами. Гая плакала от переизбытка впечатлений.

— Война — везде война… — выдавил из себя герцог.

— Смерть — везде смерть, — усмехнулся я грустно.

— Сколько тебе? Лет двадцать?

— Двадцать три.

— Как долго… Как вообще можно выжить в этом аду⁈

— Два года, — пожал я плечами. — Ко всему привыкаешь… Человек, знаете ли, та еще тварь.

— И это все… без магии? — тихо спросила Гая.

— Да. Может оно и к лучшему, что у нас ее нет.

— Значит, ты действительно целитель. Без магии, без алхимии?

— Почти. Алхимия у нас есть, причем очень продвинутая. Но тоже без колдовства.

— А что в сумках?

— Лекарства, инструменты, немного еды… оружие.

— И… все из иного мира?

— А разве Санара не говорила?

— Нет, я едва успел осмотреть ее раны. Те, что лечил ты. Сдается мне, что спасаем мы вовсе не книгу. Вернее, не только ее. Теперь, я понимаю от чего так взволновалась Гая. Наши проблемы намного серьезнее, чем я думал.