— А чего хвост так дергается?

— Бесишь! Лжец! Крови обещал, а сам не дал. Только взял!

Ее правда, был такой разговор. Если подумать, ведет она себя смирно. Даже удивительно. Солдаты и рыцари, конечно, не очень довольны таким соседством, но уже не шарахаются и за оружие не хватаются. Тис вообще на нее внимания почти не обращает. Демонстративно.

Я огляделся и сел на гребень стены. Никого поблизости не было. Только дозорный на противоположной стене, но он стоял к нам спиной. Закатав рукав, я выставил перед ней предплечье.

— Ну, что же ты? Заслужила — бери.

— А я… заслужила? — она покосилась на вторую руку, опасаясь крепкого кулака.

— Дают — бери. Ты отродье или девица на выданье?

Шмыгнув носом, она не слишком уверенно взялась за руку и открыла пасть. Я поморщился, когда острые клыки прокололи кожу. Зрачки отродья резко расширились, она затаила дыхание. Наши глаза встретились. Странное ощущение, когда кто-то высасывает из тебя кровь. Не удивительно, что по ночам я ничего не чувствовал. У нее нежные, горячие губы… это скорее волнительно, чем страшно.

Пять — шесть небольших глотков — это примерно стакан, 250 миллилитров. Донор сдает примерно 450 миллилитров, не чаще пяти раз в год. Это безопасно. Сколько она уже из меня выпила — неизвестно. Плюс кровь, что я брал для Бруно.

— Хватит с тебя. Достаточно… — я схватил отродье за нос и вынул из пасти руку.

Она оскалилась недовольно, зарычала. Звериная натура так и рвалась наружу. Несколько раз сжав когти, она скрипнула зубами.

— Хорошего помаленьку. Мне обмороки не нужны.

— Когда дашь еще? Этого мало! — прорычала она раздраженно.

— Через полгода, коли доживем, — усмехнулся я. — Если вести себя хорошо будешь.

Она выругалась в сердцах и, со злости выломала корчащий из стены камень. А потом запустила его в ущелье. Далеко — далеко.

— Сломаешь что-нибудь еще, заставлю чинить.

Заклеив ранки пластырем, я спрыгнул со стены и прогулялся до башни. Раз уж пришел, решил поглядеть на заряды для мушкетонов. Ничего особенного, жестяная баночка, набитая пороховой смесью. Однако, ни фитиля ни запальника нет. Только маленькая магическая печать на картонном донце. На самом мушкетоне ни кремневого замка ни ударника я не нашел. Разломив оружие пополам, я осмотрел ствол и ответную часть. Там торчали два острых штырька и только. Осторожно нажав на спуск, я вздрогнул от неожиданности. Щелчок — и яркая электрическая дуга больно пробила палец.

— Неожиданно…

Я в очередной раз поймал себя на мысли, что считаю местные технологии отсталыми. И в очередной раз понял, что это не так. Не стоит забывать, что развитие этого мира шло по другим принципам.