— Все очень просто. Нем не нужны ваши деньги, нам нужно сотрудничество. Долгое и плодотворное. Более того — обоюдовыгодное, — от манеры речи собеседника у мгновенно вспотевшего несмотря на уже достаточно прохладную погоду за окном финансиста по загривку тут же начинали бегать мурашки размером со слона.

— Мы — это кто? — Помолчав с полминуты Мейдофф выделил в предложении Цукерберга самое главное.

— А какая разница? Или у вас есть какие-то моральные ограничения? Если я скажу, что представляю, скажем, Ирак и лично Саддама Хусейна, вы что побежите меня в ФБР сдавать? Можете считать, что на вас вышли коммунисты. Или черти из ада. Или марсиане прилетели. Какая разница?

— И все же? Я хочу знать. — Проявил неожиданное упрямство финансист.

Этот момент так же рассматривался при обсуждении возможного хода разговора. Проговаривались два варианта: первый — Мейдофф согласится работать «в темную», демонстративно не интересуясь тем, кто именно сумел взять его за жабры, второй — финансист проявит настойчивость и поставит согласие на сотрудничество в зависимость от полученных ответов. Естественно на оба возможных пути у Цукерберга была заранее заготовлена своя стратегия ведения беседы. В данном случае он просто залез в портфель — там кроме бумаг находилось еще и звукозаписывающее оборудование, которое фиксировало, все, что происходило в этот момент в кабинете Мейдоффа, слова подкрепленные пленкой весят гораздо больше, тут никаких сомнений быть не могло — и достал оттуда несколько листов бумаги.

— Вот. Прочитайте, поставьте дату и подпись.

— Что это? Хм… Я… Угу… Добровольно соглашаюсь… Ну не очень добровольно… Все-таки советская разведка! Черт побери, сраные комми!

— Тише, господин Мейдофф, мы же не хотим, чтобы нас услышала ваша секретарша, — это был самый критический момент всей вербовки. В конце концов всегда имелся вариант, что финансист окажется «очень большим патриотом» — хотя составленный на него психологический портрет вроде как говорил об обратном — и решит пожертвовать собой лишь бы сдать агента русской разведки.

— У меня тут звуконепроницаемая дверь, не беспокойтесь, — Берни подумал с минуту, потом, видимо решившись, схватил со стола ручку и каким-то резким движением поставил под текстом свою подпись.

— Ну вот и прекрасно. И заметьте, наша сторона вот прямо сейчас начинает выполнять свою часть сделки. Вот вам направление, на которое стоит обратить особое внимание: переговоры о снижении курса доллара.

— Что с ними? — В голосе Мейдоффа послышалась заинтересованность. На фоне всех драматических событий происходящих на Ближнем Востоке переговоры с представителями европейских стран и Японии несколько выпали из внимания общественности.