Я невольно отбросил мысли о космических «Нью-Васюках» а также установлении мировой монополии на космические запуски в сторону и тоже обратил внимание на происходящее.

Стоящий на стартовом столе «Протон» окутался языками пламени и порскнувшим во все стороны дымом, после чего, утробно зарычав всеми двигателями, медленно-медленно начал свое движение вверх. — Подъем! Есть контакт подъема!

Ракета с кажущейся натугой набирала скорость, но уже секунд через сорок превратилась в совсем небольшое пятно на фоне голубого неба а еще через некоторое время и вовсе исчезла из поля зрения. И только диктор из динамика продолжал отсчитывать секунды и метры, давая дополнительную информацию об отходе отработавших ступеней и положении ракеты в пространстве.

Японцы меж тем взволнованно закричали и принялись прямо здесь же записывать выпуск новостей для своего телеканала. У нас была договоренность, что все записи потом пройдут через руки наших чекистов, поэтому я не сильно переживал по этому поводу.

А вот что реально заставляло нервничать так это советский космос. Сто запусков в год — это много, даже если только одни ракеты считать, если же учитывать еще и стоимость полезной нагрузки… Подсчитать, сколько точно мы тратили на космос — по военной, научной и народно-хозяйственной линиям суммарно — было практически невозможно, но по грубым прикидкам он обходился бюджету СССР примерно в 6–8 миллиардов рублей ежегодно. В зависимости от методов подсчёта некоторые пункты можно было перекладывать из раздела в раздел, так что точную сумму назвать было все же сложно. При общих доходах бюджета в 390 с копейками миллиардов, это составляло вполне приличные 2% от всего годового бюджета страны.

Отмена программы «Бурана» позволила перебросить около 1 миллиарда рублей — да, именно столько сжирал советский шаттл ежегодно, того, кто вообще изначально его одобрил, нужно по хорошему просто к стенке ставить за разбазаривание народных средств — на другие направления. Именно из этих резервов мы ускорили работу над модулями будущей космической станции, а еще резко активизировали производство спутников ГЛОНАС. Во всю пошла работа по модернизации навигационных спутников, чтобы продлить срок их работы на орбите хотя бы на несколько лет.

Кроме «Бурана» мною была безжалостно обрезана программа запуска спутников-разведчиков, которая была еще одной бездонной бочкой, куда утекали средства буквально миллиардами. Военные пытались ворчать, все больше «разочаровываясь» в новом морском министре, однако адмирал Чернавин тут был фактически только проводником моей воли.