Первая ночь в Степи была полна неожиданностей, особенно для таких новичков как весь наш отряд под командованием сержанта Леви. Никто ничего не рассказывал, максимум кивая, мол, дальше увидите сами.
Мы с Алексом под вечер начали рассуждать, где лучше становиться на ночёвку, и как это будет выглядеть, но капрал Рик только посмеивался, слушая наши доводы и возражения, и молчал.
— Да я если слезу с Пушка, я же не встану, — пожаловался мне Алекс, поправляя себя в седле. — Буду ходить наракоряку до самой смерти. И куда мне еще дежурство ночью, чтобы завтра ехать в обозной телеге? Половина наших такие же. Это Дарну хорошо, у него жопа каменная, а у меня то нет.
— Да рано ты начинаешь паниковать, — улыбнулся я другу. Хотя сейчас и сам бы с удовольствием полежал в этой самой телеге, двигающейся позади нас, за последней повозкой каравана. Она была набита едой, оружием и кучей необходимых вещей для похода и управлялась двумя лошадьми. Почему нельзя это всё разместить в огромных повозках можно было и не спрашивать, там, наверное, каждый метр пространства стоил дороже чем всё наше обмундирование.
— А еще пожрал бы чего-то горячего, как говорится, к хорошему быстро привыкаешь.
— Угу.
Нас не кормили, как пассажиров, в самих повозках. Мы только и могли ехать рядом, жуя прихваченное с собой и ждать, когда позовут пожрать, ну еще и нюхать, как вкусно пахнет свежим хлебом и жареным мясом из огромных домов на колёсах. И это было печально. Есть только на ночёвке и одном привале, для растущего организма теперь казалось настоящей издёвкой.
Какой тогда смысл от тренировок, если мой молодой организм умрёт от голода в пути. Я усмехнулся собственной мысли. Таким темпом скоро начну ныть, как некоторые товарищи вокруг.
Причем, самое забавное, я думал, что это я такой, видимо ориентируясь на свои прошлые личности, а в итоге Корвин Андерс еще даст фору многим вокруг, как по замкнутости, так и по количеству обретенных друзей. Кроме Алекса, со мной особо никто не общался, без необходимости. А я не спешил налаживать контакты и становиться душой кампании. Ни к чему всё это. Сейчас я раздумывал как бы сподручнее сбежать нахрен от этой армейской неволи, прихватив еды, и куда стоит направиться, где меня не убьют. И мысли были пока не утешительными.
За нами бдели постоянно, присматривали. Рядом с каждым новичком ехал один опытный. Как показала практика и для обучения и защиты, но и для отрезания от возможностей и желания сбежать. Всё же не всем нравилась армия. Мне вот точно нет. Последнего насилия над этером мне хватило, и это пересилило возможные плюсы окончательно.