Верёвка натянулась. С той стороны тянули, и не один человек, но во мне сейчас было восемь меня, и я даже не качнулся.
— Сорок два!
Гарпун сидел в бедре, как заноза, хотя мелкому мне сошёл бы за копьё. Я взялся за древко и потянул. Внутри что-то зацепилось и я почувствовал жуткую боль, так что отпустил. Наконечник держал зазубринами. Зверя они берут живым.
Через восемнадцать секунд меня потянет вниз, тело за пять секунд сожмётся вдвое, а гарпун останется каким был. Что он сделает с бедром, когда оно станет вдвое тоньше, я представил очень ясно. И верёвку тоже. Пока во мне восемь меня, тяну я. Через восемнадцать секунд тянуть будут меня.
Глава 4 Сорок шесть
Верёвка уходила от моего бедра за горящие стволы и гудела, как струна. Тянули её не в одни руки и тянули со знанием дела, рывками, в такт. На звере это, наверно, работало. Зверь на трёх ногах шёл туда, куда его вели, и по дороге уставал.
Во мне сейчас было восемь меня. Я намотал верёвку на предплечье в два оборота, упёрся здоровой ногой в корень и дёрнул сам.
В игре это называлось «пул». Выдернуть стрелка из-за чужих спин и поставить перед теми, кто умеет убивать.
Из-за стволов вылетела пушка, вместе с треногой. Те, кто тянул, догадались отпустить, но пушкарь не сразу, и его выволокло следом, через горящую листву. Пушка подпрыгнула на корне и легла у моих ног. Спрятать её в кольцо теперь было некому.
Эльма сразу шарахнула молнией, увидев цель, в которую палить не страшно. В сторону Сайруса, что постоянно непредсказуемо смещался и сражался огромной железной глефой, бить она не решалась.
— Сорок пять! — крикнула Лекс.
Эльма стояла у моего колена, там, куда её вынес шаг, и смотрела не на меня, а через поляну, на Сайруса.
— Я с ним! — крикнула она. — Защитит!
Сайрус, который до этого нет-нет да и смотрел в нашу сторону, ушёл в рывок на болтуна, соединил две части глефы и активировал свой скрыт. Всю эту драку он позволить себе этого не мог, пока Эльма стояла одна, боясь, что на неё быстро переключатся. Теперь при ней был я. Сторож из меня с гарпуном в ноге был так себе, но Сайрусу хватило её слова.
Рысь, которой Сайрус тем ударом через морду выбил глаз, и оставил страшную рану, крутанулась на месте и рванула туда, откуда свистели, к хозяину.
Тут на рысь вылетел Куцый.
Его никто не посылал. Лекс держала шакалов на волках, и двое других так и кружили там, где им велели. Куцый бросил своего волка, подлетел к рыси и затявкал ей прямо в морду, как тявкал змее и гидре. Провокация у шакала-задиры для того и есть, чтобы бесить, и рысь она взбесила с первого тявка.