— Опиши, — повторил он тем же тоном.
Я закрыл глаза и честно попробовал вспомнить. Получилось немного: цвет полотнищ, форма, что-то вроде стрелы на одном и что-то вроде фигуры на втором. Я выложил всё, что было, и сам слышал, как плохо это звучит. Плохо в том плане, что сбивчиво и совсем не точно.
— Точно коричневый? Может, тёмно-зелёный, и над стрелой три звезды?
Я напряг память.
— Не уверен. Всё-таки коричневое полотно вроде было. Да и может, там вообще не стрела. Говорю же, далеко прятался.
Сайрус ничего не сказал. На пару секунд перестал шевелиться, да и только. Я уже честно отвык от его манеры общения. Надо вспоминать…
Потом он подбросил в огонь ветку.
— Ты чего? — спросил я.
— Ничего.
— Сайрус.
— Я услышал, — сказал он. — Ешь.
И всё. Я подождал секунд десять, понял, что продолжения не будет, и решил, что спрошу утром. Или через неделю. Может, если бы я получше запомнил гербы, он бы объяснил, но так, наверное, считает, что нет смысла воздух сотрясать.
— Далеко им ещё до Эсхата, как думаешь? — спросил Корн.
— До чего? А! Ну, я встретил их через семь дней пешего пути, и прошло ещё столько же. Плохо знаю, с какой скоростью движутся такие обозы, но если быстрее пешего, то уже в городе. Если нет, то рядом.
Из темноты снова донеслось ворчание про приезжих, которые живут где попало, не интересуясь, где именно они живут. Задело его это, видимо. Эсхат, надо запомнить.
Сайрус дождался, пока старик закончит, и спросил:
— Древко на месте?
Я моргнул.
— Ты слышал, что я сейчас рассказал?
— Слышал.
— Там пятьсот клановых. И тысяча тварей в стазисе. И я уверен, там всех монстров разбудят, и будет очень жарко. Ты серьёзно ещё хочешь идти туда?
— Угу. — Он проверил, как ходит меч в ножнах. — Древко на месте?
И вот тут я понял, что спорить с ним бесполезно ровно так же, как было бесполезно спорить с Ганном, только по прямо противоположной причине.
Ганна нельзя переубедить, потому что у него на всё находится ответ.
Сайруса нельзя переубедить, потому что он вопрос не рассматривает. У него есть дело. Дело надо сделать. Всё остальное — это условия, в которых оно делается, и обсуждать их так же осмысленно, как обсуждать погоду. Как минимум, пока все условия точно не известны.
— На месте, — сказал я. — Я его перепрятал. И глефу тоже. Правда, не слишком хорошо… Там, возможно, грабить будут в первую очередь. Я ведь не от людей прятал.
Он поднял бровь. Довольно ёмко поднял, кажется, выразил всё, что думает о моей дальновидности.
— Да оно неподъёмное! — объяснил я. — Всё что смог — это только немного оттащить. И так полночи пыхтел.