Да. Ребяток моих, конечно, расколдовали, и теперь мы с ними одна большая дружная команда, хотя, конечно, нет-нет да кто-нибудь сделает очередную подковырку, однако я к этому отношусь по-философски — дети ведь. Хотя вопросы, конечно, остались. Например, почему дети не превратились в самих себя, попав в поле действия моей антимагической сферы. Или — кто из нашей академии помогал этому магу, а помощник должен был быть — лично я в этом уверен. Однако все эти проблемы отложили на потом.

Ну и, естественно, по случаю победы и освобождения закатили очередной праздник с раздачей наград. Мне с Крисом, Дорофеичем и Батоном, конечно, перепало в первую очередь, так что у нас теперь грудь в медалях, а стены в почетных грамотах, и общественная любовь. Христофорыча восстановили в должности ректора, и он на радостях пообещал нам премию, а также еще много чего, но мы не слишком поверили, ибо бюджет…

Вот, можно сказать, и все. Ну а дальше был пир на весь мир, и я там соответственно был, мед, пиво пил, но не напился, ибо растудыть налево эти драконьи гены.

p.s.

— Ну как тебе? — Мужчина откинулся в кресле и вопросительно посмотрел на сидящего напротив гнома.

— Написал знатно… — Гном взвесил на руке пачку листов и добавил: — К тому же весомо.

— Христофорыч сам ведь просил подробный доклад…

— Ага, именно доклад, а здесь? — Гном потряс перед собой пачкой. — Роман в трех частях, с продолжением.

— Да ладно тебе, Дорофеич, ворчать. Ну увлекся чуток, с кем не бывает, зато все описал, как было…

— Ага, как было, — усмехнулся гном. — Прям чистую правду…

— Ну с небольшим литературным преувеличением, но это только сугубо в целях повышения читабельности.

Дверь комнаты распахнулась, прерывая разговаривающих, и на пороге появилась высокая рыжеволосая женщина, одетая в облегающее золотистое платье.

— Дорогой, тебя там Гоймерыч просит срочно прийти, что-то по поводу твоего отпуска.

— Хорошо.

Мужчина поднялся из кресла и, подойдя к красавице, нежно поцеловал ее в щеку, заставив янтарные глаза женщины на миг вспыхнуть ярким огнем.

— Ты там не задерживайся, — мурлыкнула она, оплетая его шею руками.

— Кхе, — кашлянул гном. — Я вам тут не мешаю?

— Нет. — Женщина улыбнулась. — Ладно, мальчики, я улетаю, буду к вечеру.

Она еще раз поцеловала мужчину и, подойдя к открытому окну, выпрыгнула из него, а через мгновение мимо окна пронесся золотой дракон, заставив оконные занавески вздуться парусом от налетевшего порыва ветра.

— Эх, — как-то тяжело вздохнул гном, косясь в сторону задумавшегося друга.

Тот несколько минут стоял, опершись спиной о косяк двери, в задумчивости глядя в сторону окна, затем мотнул головой и вопросительно посмотрел на гнома: