— Старый знакомый?

— Да, хотя он меня, конечно, уже не помнит, даже не узнал, когда я на работу к нему устраивался, хотя где ему помнить того молодого мага, которого он завалил на защите диссертации, обозвав серой бездарностью!!! Теперь посмотрим, кто тут бездарность!!! Теперь он ответит за все, как и эти детишки, которые издевались надо мною целый год!!

— Издевались? — Я непонимающе посмотрел на разошедшегося мага, который бегал передо мной, потрясая кулаками и брызжа во все стороны своей слюной.

— Да, издевались, — бросил тот. — Я ведь упомянул, что устраивался на работу в академию, так вот, господин Краснов, до вас я был классным руководителем тех отроков.

— Так вы тот уволившийся учитель? — догадался я.

— Какой догадливый, — язвительно бросил маг. — Да, работал с ними около года, пока не узнал все, что мне надо. Ух, уж и поиздевались они надо мной. И главное, ты им ничего не можешь сделать в ответ, ибо «учительская этика превыше всего».

Последнюю фразу он произнес, явно подражая голосу нашего ректора, после чего смачно сплюнул.

Ну, с одной стороны, я его, конечно, понимаю. Не будь у меня этого иммунитета, фиг знает, что со мною уже было бы. Хотя, по словам Гоймерыча, детские шалости в основном не так опасны, как обидны, да и сама Академия контролирует применение силы, защищая, таким образом, обе стороны — так, на всякий случай. Да и, с другой стороны, ну не сошелся ты с детьми — уволься, чтобы себя не мучить и других.

— И из-за этого надо было губить детишек⁉ — практически прошипел я, чувствуя вновь нарастающий внутри меня гнев.

— Губить? — Маг в удивлении приподнял брови. — Да кто вам сказал такую глупость…

— Одежда, там, на вашем складе, их форма… — Я сжал кулаки и шагнул вперед, но тут же уперся грудью в автоматные стволы.

— Ах, вы об этом.

Маг демонстративно щелкнул пальцами, и метрах в трех от меня возник маленький столик со стоящей на нем клеткой, в которой, прильнув носиками к решетке, сидело с десяток полевых мышей. Увидев меня, мыши оживились, стали подпрыгивать в клетке и явно что-то мне сигнализировать лапками.

— Это…

— Ну так они гораздо симпатичнее, не находите? — сказал маг и с довольной улыбкой пригладил свою редкую прическу. — Такие миленькие.

Ага, миленькие, тебя бы в мышь превратить — посмотрел бы я, какой ты миленький стал… посмотрел и отдал бы на опыты Гоймерычу, вот уж он обрадовался бы такому подарку. Я с жалостью посмотрел на клетку, где у прутьев решетки сгрудились все сидящие в клетке зверьки и смотрели на меня тоскливо-умоляющим взором. Держитесь, ребятки, есть у меня тут одна идейка.