Провожавшие меня и уже предупрежденные офицеры сразу же ворвались в подъезд, в который я постоянно им запрещаю меня провожать, чтобы не спугнули стрелков, и тут же повязали нападавших. Я вынес несколько бинтов из квартиры, давно уже приготовленных для такого случая, приказал сразу же перевязать налетчиков.

Что они смогли понять в случившемся — только то, что они не смогли попасть в меня в полутьме парадной.

А я четырьмя выстрелами крайне хладнокровно обезоружил их и еще обезножил.

— Ну, так просто повезло, — вот как я объяснил свою удачу офицерам и попросил их не пускать полицию на место перестрелки, сам вызвал по телефону автомобиль нашей службы для эвакуации раненых.

Пока их перевязывали, поднялся в квартиру, оставив своих охранников разбираться без меня с полицией и соседями.

Успокоил подругу, которая прямо впала в истерику, понял, что засада была поставлена именно на ее мужчину.

— Кажется, нам придется вскоре расстаться, милая. Не хочу подвергать тебя лишней опасности. А теперь пойдем в постель, хочу отвлечься от случившегося и ощутить радость бытия.

Утром меня встретила уже серьезная охрана из пяти сотрудников и стоящие во дворе служебные автомобили.

— Стрелков быстро опознали, господин полковник, — да, теперь такое мое звание для всех сотрудников. — Оба из эсеров, боевики, еще в эксах участвовали в девятьсот пятом году по нашей информации. Находятся на нелегальном положении, в Петербург приехали недавно. Ранения у них не угрожающие жизни, но они срывают бинты, поэтому пока находятся в зафиксированном положении.

— Их обрабатывают? — спросил я. — В смысле, показания выбивают?

— Еще нет, ждем вашего приказа или начальника комитета, все же они ранены, — пожимает плечами мой заместитель по оперативной работе, занимающийся силовым прикрытием.

Так мне доложили по дороге и спросили, что теперь делать с арестованными.

— Да что делать? Не ждать же, когда они выздоровеют. Ни к чему это. И так все понятно, — отмахнулся я.

— Что понятно? — не понял сразу заместитель.

— Кто их прислал. Такой может быть только заказ от разведок условного противника. Ни эсерам, ни социал-демократам до меня пока никакого дела нет. Похоже, все-таки кадровые разведчики меня как-то вычислили. Вычислили и приказали вождям эсеров убрать меня с помощью своих боевиков.

Видно, мои бойцы не подозревают, откуда у попытки покушения торчат уши.

— Так что берите боевиков в работу. Если сдохнут — ничего страшного, они выступили, как настоящие предатели своей страны. С такими у нас, госбезопасности, разговор короткий!