Похоже, здесь только срочно мобилизованные мужики из селения, расположенного на этой горной дороге. Мобилизованные после того, как церковники узнали о подходе орды.

О подходе после невозможного на практике прорыва через первую Стену.

Мне пришлось также разносить эти Стены тоже, потому что даже двадцать солдат, даже если они не настоящие воины, все равно могут доставить много проблем, просто бросая сверху булыжники на головы ургов.

Вылечить раненых в таком случае мне уже затруднительно, когда башка ушла далеко в плечи, а наружу торчат только куски черепа.

Когда я пробил стену в последней крепости, в первом Палантире остался только несгораемый остаток энергии, а в шаре, лежащем снизу в рюкзаке, ее оказалось меньше на двадцать процентов. Всего примерно семьдесят процентов энергии в нем и восемьдесят в самом нижнем. Между ними тоже происходит определенный энергетический каннибализм, я хорошо помню, что в каждом было заряжено по девяносто процентов, не меньше.

Быстро расходуется энергия Источников. Зато потерь почти нет, а все штурмы очень быстро прошли.

Никакие не месяцы планомерной осады, а то и годы — всего один день и горная, неприступная в принципе крепость безнадежно пала!

Хорошо, что светлый день заканчивается, он оказался не слишком трудным для меня.

Однако полным восторга у моих спутников-степняков, они себе и представить не могли такой силы и мощи. Мне нравится, что теперь мои пожелания и просто недовольные чем-то взгляды воспринимаются совсем правильно, как приказ прямо с небес.

Ну, или из-под земли, если согласно верованиям кочевников и еще тем, что будут думать про меня церковники.

Хотя воспоминания о той опасности, которая ждала нас в засаде, до сих пор пробегают по коже холодным ветерком. Как представлю десятитонную круглую глыбу, сминающую в лепешку сотни всадников и лошадей, меня снова и снова передергивает от ужаса. Оказаться лягушкой, раздавленной колесом телеги — ужасная смерть.

Наш авангард спускается вниз с гор, быстро пройдя небольшой городок за последней Стеной.

Видно, что он не слишком обжит, многие дома выглядят заброшенными. Но не разрушены и не разграблены, просто оставлены когда-то людьми. Скорее всего находятся на полной консервации.

Ждут того времени, когда или караваны снова побредут по местной дороге, или церковники начнут размещать здесь свой усиленный по нормам ожидаемой войны гарнизон.

Только такое теперь не скоро случится, даже если им будет сопутствовать воинская удача.

Пока урги не навоюются всласть, и церковники не выбьют их отсюда.

При мне пара вождей уже отправила гонцов назад, чтобы рассказать примерно двадцати восьми тысячам степняков, оставшимся еще на землях королевства, про наш успешный прорыв через все пять Стен.