Ведь урги сами получат за такое бесчестное нападение плату с огромными процентами.

«Все, конец всему замку и его народонаселению, гонцы и парламентеры у ургов — неприкосновенны в любом случае», — однозначно понимаю я.

А уж под желтым флагом — просто олицетворение ургской силы!

Извинения тоже не принимаются, только суровая и беспощадная месть.

— Вот уроды! — громко ругаюсь я. — Они же знают, что у нас мир заключен. Раненых давай к воротам сразу, я сейчас приду, вылечу их.

— Так, Друг степи, а что с тем замком делать? И с нашими убитыми воинами? — спрашивает меня гонец, пытаясь понять, мой это личный приказ по ним стрелять или просто глупая ошибка моих людей.

Да, он должен выяснить, кто теперь отвечает за произошедшее.

Что, в принципе, одно и то же, тогда платить мне придется. Чтобы подобных проблем избежать, нужно отказываться от замка де Куинжи официально.

Хотя меня и так выгнали по большому счету, чего мне за этих дур и дураков переживать?

— Понятно что, буду должен еще двоих воинов у смерти забрать, так и передай своему вождю. А с тем замком — да что хотите делайте! Моя милость и защита на них не распространяется вот уже четыре руки дней! — перехожу я на понятные ургу значения.

— Тогда мы быстро обедаем здесь и поедем наших встречать. Они как раз около замка окажутся, я их на два дня опережаю, — зримо обрадовался степняк, хорошо говорящий на местном языке.

Ясно, радуется он возможности сразу же отомстить без долгих переговоров со мной, как хозяином страшно провинившегося замка.

Тут уже все понятно, знали или не знали, если по послам доброй воли стреляют — никого не волнует ни в какой степени.

Я ушел в донжон за камнями, ругаясь на глупую баронессу и ее воинов.

— Ну, ладно, меня в замок не пустили, кидались и стреляли. За такую наглость сами получили сполна. Так на хрена на ургов задираться, когда всего десяток приехал с миром к воротам? С флагом о том, что они послы. Они же все знают, что я договорился о мире? — жалуюсь на непонятную глупость мажордому.

— Так что, степняки их теперь штурмовать будут? — спрашивает меня Ивидурим согласно своим каким-то мыслям.

— Да уж непременно! Возьмут и замок раскатают по камешку! — продолжаю ругаться. — Я же им за ту подлость половину надвратной башни с воротами снес! Их возьмут безо всяких долгих разговоров! За один час просто разомнутся на придурках. И мне за них ничего сказать не получится, только-только отношения наладились и тут такой непростительный залет!

— Так, наверное, ваша милость, и села пограбят вокруг замка? — опять задумчиво спрашивает мажордом.