— Больно надо, — фыркнул в ответ Роман. — И она точно журналистка. Не знаю, с радио или с газеты, но обычные девушки не гуляют на стоянке возле Службы Правопорядка. Хотя… Такую мелочь еще можно как-то объяснить, а вот тренированную собаку — вряд ли.

— Слушай, а ты не мог бы со мной попроще разговаривать, — попросил я у товарища. — Я уже понял, что ты очень умный, а в школьные годы наверняка не отлынивал от занятий, но всё-таки… Как ты понял, что собака тренированная? И с чего вообще пришел к такому выводу?

— Руслан, — вздохнул Сечкин. — Я не хочу тебя обижать и спрашивать, с какой деревни ты приехал, но элементарные логические выводы сделать можно? У нас что, в городе миллионы машин? Нет, гораздо гораздо меньше. Автомобиль по-прежнему вызывает удивление у подростков и даже у некоторых людей постарше. Идем дальше. У нас в городе практически нет собак. Их вообще почти нет в Республике. Если и остались, то в деревнях, где их держат в основном для охраны коров, когда те в поле пасутся. Так?

— Ну, допустим, — я не понимал, куда клонит Роман и от этого начинал злиться еще больше. Почему-то вспомнилась моя школьная учительница математики Татьяна Михайловна. Она обычно таким же тоном повторяла забытые учениками формулы, обязательно добавляя в конце страдальческим голосом: «Ну это же абсолютно элементарные вещи, как можно было такое забыть⁉»

— Собаки гораздо умнее людей, поэтому никогда в жизни не полезут в незнакомое место, тем более которое состоит из деталей неизвестного предназначения. Она же не просто сидела под днищем, а каким-то неведомым образом оказалась на колесе, под крылом. Этой псине дали команду, и она терпеливо сидела там, куда ее посадили. Вспомни, она даже не попыталась цапнуть тебя или хотя бы зарычать, пока ты извлекал ее из-под машины. Я уверен на двести процентов, что собака дрессирована, причем очень и очень неплохо.

Сечкин вещал с такой непоколебимой уверенностью в голосе, что в какой-то момент и я начал верить во всё им сказанное. Но потом я вспомнил тонкий девичий стан, воздушное платье, распахнутые бездонные глаза и отогнал от себя глупые подозрения.

— Не убедил, — упрямо заявил я коллеге. — Даже если это журналистка, то ей было бы более логично пытаться познакомиться с тобой, а не со мной. Да и вообще, не очень понятна цель такой сложной комбинации. Что она может хотеть? Взять у нас интервью? Написать огромную статью о буднях Службы Правопорядка? Можно было просто обратиться в пресс-службу, и ты бы разговаривал с ней не по собственной воле, а по приказу.