От обилия информации у меня заныло в висках. Это не кража трусов с соседского балкона, здесь пошла речь о преступлениях республиканского, если вообще не планетарного масштаба. Разборки Знати между собой могут существенно уменьшить количество одарённых, а это подорвет обороноспособность страны. Понятное дело, что никто не допустит войны планетарного масштаба, но опять-таки… Это лишь мои предположения… Не секрет, что по мнению многих соседей, наша Республика и так живет слишком хорошо, так что вряд ли никто не воспользуется шансом отколупать кусочек в своих интересах…

— Рома, — в отчаянии попытался воззвать я к благоразумию товарища. — Ну ты же не сможешь бегать от всех до бесконечности. Давай мы попробуем справиться с этой проблемой все вместе. Расскажем всё генералу, он умный дядька, он обязательно тебя выслушает и всё поймет… В конце концов, общество «Равенства», неважно, существует оно или нет на самом деле — это проблема! И с этой проблемой надо бороться всем вместе!

— Нет, — покачал головой Сечкин. — Руслан, я верю тебе, но я уже давно не верю в эту систему. Меня сольют, потому что так будет гораздо удобнее для тех, кто принимает решение. Не потому, что они плохие, а я хороший. Совсем не поэтому! Просто понятие целесообразность имеет очень широкие границы…

Я открыл было рот, чтобы что-то возразить Роме, но в этот момент мир в очередной раз совершил оборот вокруг своей оси. Ведущая в палату дверь слетела с петель или вообще вылетела вместе с косяком. Помещение наводнили люди в черных комбинезонах и масках, закрывающих их лица.

Первым на их появление среагировал Серж. Парень быстро хлопнул в ладоши и пол под ногами нападавших встал на дыбы, расшвыривая их в разные стороны, как кегли после удачного броска. Послышались стоны и грязные ругательства.

Медицинская аппаратура у кровати Сечкиной зашлась какофонией непонятных звуков и писков, что-то со звоном упало на пол и, кажется, разбилось. Я тоже едва удержался на ногах, схватившись за столик с медицинскими инструментами, но он поехал по накренившемуся полу и мне пришлось отчаянно махать руками, балансируя в шатком равновесии.

— Всем лежать! Работает спецназ! — услышанное привело меня в дикое отчаяние. Я не знаю, кто отдавал приказ на штурм, но в эту секунду я понял, что всё это время был всего лишь частью наживки для поимки Сечкина. Генерал, Веденеев или этот, как его там зовут, начальник Гвардии очень четко просчитали, что Рома просто обязан появиться в палате у своей матери. Возможно, комната даже нашпигована аппаратурой для прослушки, а значит всё рассказанное Сечкиным очень скоро станет достоянием общественности.