смотрит на меня и внезапно улыбается. – Ты самое прекрасное, что было в моей жизни, девочка моя, – хрипит дракон. – Я готов умирать вечность, если благодаря этому ты будешь в безопасности. Прости меня за молчание. И как только граф замолкает, он переводит взгляд на Джона Мориса, прикрывает глаза и выпускает из ладони еще больший и мощный поток испепеляющего огня. Глава Альянса начинает истошно кричать, его кисть превращается в обугленный отросток, камень принимается светиться изнутри, яркий свет вырывается через грани и полосы трещин, а когда обряд достигает своего апогея, все внезапно вспыхивает ослепляющим светом, и в барабанные перепонки врезается грохот взрыва вместе с криком Джона Мориса. Ощущение пустоты, слепоты, полной дезориентации. Медленно прихожу в себя, в ушах шумит тишина, мама обнимает меня, прикрывая еще одним слоем плотного воздуха, а я все пытаюсь найти глазами Ричарда, мужчину, который отдал жизнь за будущее моего рода, который положил несколько лет к моим ногам и жил только тем, чтобы привести нас всех к этому мгновению. Только сейчас мне становится все ясно. Нет, вопросов масса, но теперь я точно знаю, что мой муж не использовал меня в своих целях, а использовал себя и свое положение, чтобы сделать мою жизнь и жизнь моих будущих детей безопасной от Альянса. Подскакиваю на ноги, и как только свет рассеивается настолько, что я различаю силуэт любимого дракона, бросаюсь к своему дракону и с замиранием сердца опускаюсь перед ним на колени. – Мама, что я должна сделать? – кричу я, а сама вся содрогаюсь оттого, как же больно видеть бездыханным такого сильного и мужественного дракона, моего дракона, мужа, которого безумно люблю. – Почему же вы мне ничего не рассказали? Я бы знала, что делать! Знала заранее! – Ты успеешь, – подбегает мама, откидывает полы смокинга на груди графа, дергает рубашку, что пуговицы летят в стороны, и освобождает широкую мужскую грудь. – Положи ладони на область его сердца, Катерина! Клади, и как Ричард наполнил Камень Обличий своей магией, так и ты наполни его сердце своей, возрождающей. Выполняю то, что говорит мама без промедления. Кладу ладони и прикрываю глаза. Я не понимаю, как это работает, я не способна оживлять мертвых, но способна возвращать к жизни растения и точно знаю, как это делать. Всем телом ощущаю, как золотая, обжигающая лава магии струится по моим венам, набирает силу, вытягивает из центра истока каждую каплю и устремляется к ладоням. – Я не способна возрождать людей к жизни, – шепчу я вслух, и мама