от магии изумрудного дракона, выпускает той же ладонью свое черное пламя, но она в мгновение поглощается артефактом, как впрочем и огонь Ричарда. – Что ты делаешь?! – вскрикивает Джон Морис, хмурится и машет своей страже напасть на соперника, чтобы отвлечь и сбить контроль. Солдаты кидаются выполнять приказ, но внезапно упираются в невидимую стену вокруг нашей четверки, и теперь я понимаю, что, используя стихию воздуха, мама создала вокруг нас невероятно быстрый, а поэтому незаметный вихрь. Но тут она вскрикивает и падает на колени. – Мама! – опускаюсь я следом, и так страшно становится. Я еще не осознала, что она жива, а уже рискую снова ее потерять. А баронесса упирается руками в пол, зажмуривает глаза и через нос стонет. – Спина, – сквозь боль цедит мама, и я вижу, как ткань платья на ее пояснице плавиться от невидимого жара, а моему взгляду открывается обугленная кожа. – Летиция? – зовет Ричард, но контроль с Мориса не теряет. – Метка выжжена, – хрипит мама, и по щеке скатывается две крупные слезы. Как только мама произносит эти слова, Морис вскидывает вторую руку, и черное пламя летит в самое сердце моего мужа. – Нет! – вскрикиваю, но Ричарда так легко не убить, иначе он не стал бы главой целой тайной организации. Он отражает нападение и выпускает в ответ свою магию. – Мама? – Все хорошо, моя хорошая, все просто замечательно. – Что происходит? – Происходит то, ради чего я не могла прикоснуться к тебе мучительных семь лет, ради чего не слышала твое «мама», а наблюдала со стороны, как ты росла и становилась красивой и смелой девочкой. – Что они делают? – спрашиваю, указывая на двух мужчин. – Ричард и Морис уничтожают камень, только у последнего согласия не взяли, – говорит баронесса, а я озадаченно перевожу взгляд на кулон, который впечатался в ладонь главы Альянса и раздувается, словно сейчас взорвется и разлетится на сотни осколков. – «И скрестятся два драконьих пламени: редкое пламя испепеляющего огня и черное пламя смерти, и смешаются они в Камне Обличия, и столкнуться, как два противоположных полюса, и зародится внутри камня мощная буря, и не удержатся на месте грани артефакта, взорвутся, разлетятся, превратятся в пыль. И не сможет больше никто изменить свое лицо, и канет на вечность уникальная сила, забрав с собой два редчайших огня: черный и красный, вместе с их носителям». – А как же наш ребенок? Хранительницы и дракона с магией испепеляющего огня? Так было написано на пергаменте в пророчестве. – Катерина, всегда есть запасной план, а у такого стратега,