Корабль не мог уйти в сверхсветовой прыжок, так как у нас не было оборудования для поддержки организма хомо в режиме прыжка. Принцу предстояло взять обратно своё тело под контроль.

Принц прекрасно понимал, что оттягивать долго нельзя. Как бы трогательно мы не относились к Акуне и генералу, но у нас транспортный корабль, у него же боевой крейсер. Мы всё ещё в опасности. Надо убираться отсюда как можно быстрее. Поэтому приготовлениями к смене тела занялись сразу же после выгрузки из бота на основной корабль.

Принц просто присел на пол и вытянул руку. Бортовой медик сделал ему укол яда из универсального инъектора. Принц потерял сознание. Поскольку я сам был в телах, то помочь принцу не мог. Должен сам справиться.

Прошло пять минут, и большое тело Гаммы зашевелило усами, а потом и поднялось на конечностях. Отлично! Всё получилось. Теперь на борту никаких хомо нет.

— Срочно подготовиться к прыжку! — тут же начал приказывать принц.

Направляясь из грузового отсека на мостик, он прошёл мимо своего мёртвого тела хомо, даже не замедлившись.

— Что делать с телом хомо, Гамма? — спросил встречавший нас офицер.

— Утилизовать, — бросил принц, не оборачиваясь. Потом обернулся ко мне и спросил, — А ты свои тела зачем им оставил?

Я повёл усами, выражая равнодушие:

— Это по-человечески. Труднее стрелять в того, кто похож на тебя и ничего плохого тебе не сделал. Акуна не позволит генералу причинить нам вред, так как у неё чувства ко мне.

Принц издал щёлк, который в человеческом общении являлся аналогом хмыкания.

— Мне показалось, что у тебя тоже были чувства к ней.

— Я очень старался, чтобы всё выглядело очень по-человечески. Но я не человек. Я формикадо.

— Ты молодец, Сигма. Я передам Матери, что ты был очень эффективен.

Неожиданно принц рассмеялся.

— Почему ты смеёшься, Гамма?

— Я сомневался в тебе, Сигма. Именно из-за того, что ты вёл себя очень по-человечески. А ты, оказывается, играл лучше меня. И не допустил моих ошибок. Я так рад, что больше не связан с этой расой.

— А какие ошибки ты допустил, Гамма?

— Недооценил хомо. Они все мне казались настолько отвратительными и тупыми, что я очень быстро пришёл к выводу, что самое простое решение проблемы с любым хомо — это убить его. И это так и было. Эти придурки вычислили меня только когда я перевалил за две сотни трупов. Да и поймали меня только потому, что я одного из людей имперцев убил. А так я бы мог спокойно продолжать. К тебе я не приближался, хотя и наблюдал за тобой всё это время, так как ты уж очень наслаждался человеческой жизнью. И убивал ты больше по человеческим мотивам, даже рискуя нашей миссией. А ты, оказывается, тот ещё актёр. Даже я поверил в твою игру.